– А полиция у дверей зачем?

Я вздохнула.

– Если бы вы были один такой, а то вся больница желает зайти и посмотреть, а это реанимация, а не театр. Вот я и попросила оградить её от любопытных.

Он прибодрился и пошёл в наступление.

– Тогда может быть, сделаете мне исключение? Просто, для того, что бы я убедился, что всё так и есть.

Я грустно вздохнула.

– А для кого ещё я должна сделать исключение? Я уже вам сказала, девочка в реанимации. Не верите, пишите что хотите. Мне это безразлично, в отличие от здоровья моей дочери. Ведь это вы, в итоге будите выглядеть дураком. А сейчас извините, но я хотела бы спокойно поесть.

Репортёр ушёл озадаченный. Всё что я сказала, запросто могло быть правдой. Доказательств нет, а если он пустит утку, над ним ещё долго все будут смеяться.

Через два дня, ночью, я вывезла её, из больницы на машине скорой помощи. Я держала девочку в сонном состоянии, что бы избежать проблем. Всё сделали быстро и тихо. Наши оперативники позаботились, что бы ненужных свидетелей не было. Когда каталка была загружена в машину, я подошла к Владу.

– Спасибо тебе - искренне поблагодарила я его - Извини, что так вышло.

Влад стоял слегка растерянный и грустный.

– Я всё понимаю - сказал он.

Что бы как то его приободрить, я приподнялась на цыпочках и чмокнула его в щёку, затем, подмигнула ему и запрыгнула в машину. Двери захлопнулись, и машина поехала, а я смотрела на него сквозь стекло, такого растерянного и полного ложных надежд.

***

– По своей сути, это удивительное создание - восхищался профессор Мордин - Так удачно совместить настолько несовместимый генетический материал, это просто чудо. Многие решения, поражают.

Ден стоял хмурый и деловой. Сквозь окно мы видели кровать и спящую на ней девочку. Возле кровати стояла куча аппаратуры. Девочка был ещё слаба, но её состояние было стабильно.

– Что с ней будет дальше?
– задала я волнующий меня вопрос.

Мужчины задумались. У нас на руках была часть сложнейшей мозаики, но всего одна и без каких либо следов к другим частям. Спецназ прочесал всю местность вокруг озера, но ничего не нашёл. Ден подключил к делу свободных агентов, работающих в том районе, но и у них ничего не было. Девочка взялась из неоткуда, и, по заверениям профессора, не могла быть результатом естественного смешения видов. Кто-то незаконно проводил эксперименты, но кто и где, мы не знали.

– Я бы хотел её изучить - вкрадчиво предложил профессор.

– А меня, вы бы тоже хотели изучить?
– закипая от злости, спросила я.

– Если вы позволите,... с удовольствием - словно не замечая моей иронии, ответил Мордин.

Ден тронул меня за локоть. Я глубоко вздохнула и успокоилась.

– В каком она состоянии?
– спросил он.

– Быстро идёт на поправку. Но... у нас есть некоторые проблемы - замялся профессор.

Ден вопросительно посмотрел на него.

– Девочка неуправляема и не признаёт ни кого, кроме,...
– при этих словах, он глянул на меня - ...госпожи Шираки.

Это была правда. Моё свободное время сократилось до часов её сна. Если меня не было рядом, начиналась жуткая истерика, после которой её долго приходилось успокаивать. Даже простейшие процедуры, она не позволяла проделывать ни кому, кроме меня.

– Спасибо профессор, я понял - ответил Ден.

Мордин удалился, хищно поблёскивая стёклами своих очков. Он был гений своего дела, но гений одержимый.

– Ден, давай я заберу её к себе - предложила я - Ты же понимаешь, она ещё ребёнок....

Ден сделал жест, прося меня помолчать. Задумчиво глядя на девочку, он вплотную подошёл к окну. Даже не вид его ауры, а скорее моё шестое чувство, подсказало мне, что он воспринимает эту ситуацию близко к сердцу, словно, произошедшее с этой девочкой, как-то связано с ним лично.

***

Я вошла в реку событий, и она повлекла меня, стремительно унося за собой. Привычные вещи остались позади, дно ушло из-под ног и я, захлёбываясь барахталась в воде. Теперь или утонуть, или плыть, но и плыть можно в разных направлениях. Можно выбраться обратно на берег, но для этого надо отпустить то, что я держу в руке. Я глянула на свою руку. Детская ладошка судорожно сжимала мои пальцы, стараясь из последних сил удержаться. Разожми я руку, и её унесёт течением. А рядом берег, такой привычный и желанный. Но смогу ли я дальше жить спокойно, зная какой ценой, куплено моё спокойствие? А впереди страх и неизвестность, и вполне возможно, огромная опасность. Какой ещё есть у меня выбор? Плыть против течения, стараясь остаться возле привычного берега? Насколько у меня хватит сил? Это как в Алисе в зазеркалье, нужно быстро бежать, что бы остаться на месте, только есть ли в этом смысл? Нет, это тоже не по мне. Значит, остаётся одно, плыть вперёд, но уже самой выбирать путь. И пусть течение событий придаёт мне скорость. Я готова ко всему. Я никогда не держалась за старое и ненужное, с лёгкостью отбрасывая всё, что мешает мне двигаться вперёд.

– Ты моя мама?

– Нет, но я твой друг.

– Значит ты моя сестра!

Я задумалась. В некотором роде, у нас много общего.

– Хорошо, если хочешь, я буду твоей сестрой.

– Сестрёнка - радостно сказала девочка, прижимая мою ладонь к своей щеке - Правда ты меня не бросишь?

– Не брошу - пообещала я.

– А как тебя зовут?

– Маришка.

– А меня Мелиса.

Обзавестись младшей сестрёнкой, я никогда не мечтала. Одиночка по натуре, я всегда избегала близких отношений. Когда же это успело во мне измениться? Наверно тогда, когда я поняла, что мои приёмные родители, на самом деле любят меня. Тогда, моя душа, похожая на кусок льда, начала оттаивать. Может быть именно поэтому, сейчас, я так сильно переживаю из-за того, что обидела Дена. Мне жалко Влада, потому что я не могу дать ему то, чего он так мечтает получить. Даже Юджин, не вызывает у меня мерзкого отвращения, потому что я понимаю его и даже, где-то в глубине души, жалею его.