– Зараза!
– рявкнул мужчина, глядя на удирающую мышь.

– Эм...
– оборотница поджала губы и посмотрела на рыбный трупик. Фамилиар теперь разве что на консервы годился.

– К-кудах!
– петух растерянно растянулся в магическом рисунке.

Громкий хлопок, немного дыма и птица поднялась на ноги, тряхнув обугленным гребешком. Кот счел за лучшее ретироваться с поля боя...

Через несколько часов поисков у меня в животе заурчало. Судя по звуку с завтрака червячок умудрился до размера Годзиллы вымахать и корочкой хлеба этого монстра вряд ли заморишь. К этому времени я успела обыскать половину комнаты. Как обыскать... Скорее навести беспорядок, приказывающий насколько усердно я выполняю распоряжение похитителя. Но дальше так продолжаться не могло - организм, сытый по горло зрелищами, требовал хлеба.

Я вошла в гостиную и глотая литры слюны дошла до холодильника. Распахнула дверцы и с трудом сдержала слезы облегчения - полки ломились от еды. Первым на глаза попался кусок оранжевого сыра, за ним я ухватила окорок, под мышку сунула два стаканчика йогурта и сверху стянула половинку черного хлеба. Булку иностранный гад сожрал.

Из кухонного закутка, я принесла столовые приборы, с ногами забралась на диван и принялась наблюдать за колдуном.

Он рылся за печкой методично почесывая запасы: мешок с сахаром, рядом с ним сито, мешочек гречки, рис, доисторические макароны: длинные желтые толстые трубки - вкус детства! Следом показались резиновые сапоги, упакованные в пластиковые пакеты телогрейки и что-то еще из вещей.

– Ты можешь не прожигать взглядом мой затылок?
– произнес Стеван, выволакивая какую-то большую коробку.

Вообще, я на другую часть его тела смотрела, но решила не упоминать об этом. Не говорить же врагу комплименты по поводу его филейной части тела! Обстановка, знаете ли, не располагает. Продолжая заталкивать в себя бутерброд, я промолчала. Взгляд тоже не отвела. Пусть понервничает.

– Я попросил!
– мужчина повысил голос.
– И почему ты не работаешь?
– он распрямился и обернулся.

Интересно, если он забыл о еде для меня, то как себя пленники чувствуют? Не пора ли и их попастись и до определенного места проводить?

– Вообще, наемным сотрудникам платить положено. Хотя бы натурой, - я отрезала второй кусок хлеба.

– Я тебя не нанимал.

– Да? То есть готов признать, что твои действия далеки от законных? Кстати, все сказанное обязательно будет использовано против тебя, - сверху хлеба уместился толстый кусок окорока и тонкий сыра.

– В суд подашь?
– колдун подошел к столу. Он оперся на стол, склонил голову на бок и заглянул в глаза.

– Обязательно. В Гаагский. Если на линчевание не решусь, - говорить и есть одновременно было тяжко, но как отказать себе в одном из двух одинаково восхитительных удовольствий: еда и издевательство над Стеваном? Никак. Вот и приходилось крутиться. Точнее, языком ворочать.
– А ты не рассматривал вариант договориться?
– конечно, я его хотела обмануть, но сперва надо подготовить почву.

– Это как?

– Например, ты отпускаешь моих друзей, меня, а сам продолжаешь поиски в одиночестве. Хоть дом спали, а потом в золе копайся, - я пожала плечами. Дом жалко, но себя еще больше. Из опасной ситуации надо выбираться и вытаскивать увязших в ней друзей.

– Да? Так просто? И почему же мне эта идея самому в голову не пришла? Может быть потому, что мы столкнулись в одном и том же месте? Зачем ты здесь? И почему в таком занимательном сопровождении? А как насчет твоего внешнего вида? Сдается мне, что прежде чем предлагать сделку надо сначала все карты открыть?
– он сел напротив.

Я опешила от вопросов колдуна. Нет, глупым я его определено не считала хотя бы потому, что общаемся без году неделя, и рано делать выводы, но такая прозорливость меня впечатлила. Он ловко связал разрозненные концы и сплел из них толстую косу, на которой собирается меня повесить. И взгляд у него при этом будет точно такой: добрый и заинтересованный.

От ответа меня спас стук в дверь. Я встрепенулась и посмотрела на выход. Я ждала, что дверь сейчас распахнется и на пороге появиться, как минимум супермен, но она оставалась закрытой. Колдун медленно двинулся к выходу. Его движения стали плавными. Шаги бесшумными. На краткий миг он обернулся и приложил палец к губам. Во мне сразу же зародилось желание закричать, но я его подавила. Мне тоже есть кого опасаться и этот кто-то вполне может находиться на улице.

Колдун подошел к двери, прислушался, посмотрел в замочную скважину. Выпрямился, приоткрыл дверь, а потом распахнул ее шире. На улице никого не было! В дополнение ко всем странностям у нас полтергейст завелся? Если честно, не удивлюсь этому. Здесь недавно столько магии пролилось, что возникновение спонтанных неопознанных явлений не исключено.

Стоило Стевану закрыть дверь и отойти от нее на два шага, как постучали опять. Колдун побледнел и порывисто обернулся. На сей раз он обошелся без мер предосторожности, распахнув дверь ногой. Опять никого! Иностранец грубо выругался. Слов не поняла, но по интонации распознала трехэтажность и забористость выражений.