– Да бросьте!
– мне вручили бокал.
– Лучше объясните, почему они на нас так смотрят?
– шепотом поинтересовался незнакомец.

Я посторонилась, впуская его во двор, и захлопнула калитку перед носом любопытных старушек, выдвинувших вперед когорту самых смелых и бойких на язык бабулек. Такие мертвого способны разговорить не то, что меня. Засовы вернулись на свое место.

– Хозяйка, ты чего?
– домовой осекся на полуслове.

– Сдурел?!
– прошипела я и покрутила пальцем у виска.

– Простите...
– голос нового знакомого окрасился в холодные оттенки зимы.
– Это вы мне?

– А?
– хором спросили я и домовой.

– Говорю, это вы мне?
– повторил мужчина.

– Ааа, - я с облегчением рассмеялась, - нет, что вы! Это я так, с привидениями разговариваю, - брови соседа поползли вверх.
– Дом же с привидениями, вот я с ними и...
– стушевалась.

Я с кем разговариваю? Передо мной обычный человек, которому сверхъестественное до лампочки. И верит он в него не больше чем в пришествие снежного человека и прилет милых инопланетян с моторчиком. Для него мои слова являются бредом сумасшедшего, причем сумасшедшего опасного, ибо тот не просто с галлюцинациями разговаривает, а обвиняет их в некоем отклонении от нормы. Ха, как будто у галлюцинаций вообще какая-нибудь норма есть.

Я вздохнула. Почесала кончик пыльного носа.

– Вы, наверное, пойдете?
– рассматривала трещинки в бетоне. Жаль, упустила возможность с человеком пообщаться, а то все вампиры, ангелы и прочая мифология кругом.

– Напротив!
– мужчина лучился воодушевлением.
– Могу я остаться?

– Но, собственно...
– я искала и не находила причин, почему он может остаться.

– Видите ли, я в некотором роде журналист. Свободный художник. Как раз собираю материал по паранормальным явлениям для своей книги. И раз уж мне выпала возможность познакомиться с хозяйкой знаменитого дома с привидениями в Весино, то я намерен всеми силами добиваться вашего расположения, - сосед осекся, - исключительно в деловых целях!
– поправил он себя.

Спасибо. Хотя бы в деловых. В личных меня и так никогда не добивался. Я заглянула в сени, отчитала домового, велела не лясы точить, а немедленно затопить баню. Тот козырнул и рванул исполнять поручение. С улицы донеся восхищенный вопль: журналист обратил внимание на хлопающую саму по себе дверь.

Я посмотрела на высунувшегося из комнаты вампира и подумала, а не познакомить журналиста с одним из тех, о ком мечтают по ночам черноволосые девушки в драных колготках в сеточку и шипованным ошейником на тощей шее? Мысль мне понравилась. В конце концов что-нибудь точно получиться: или статья или обед.

Мазаринин на шампанское соблазнился. Он даже ботинки не стал одевать. Наоборот, носки скинул, рубашку расстегнул и вышел в таком виде во двор. Сразу к соседу подскочил, бокал вырвал и один глотком осушил его. Глазками похлопал, сел на пенек напротив лавочки и смерил выразительным взглядом мужчину. Надо отдать журналисту должное: тот не дрогнул.

– Александр, - представился вампир.

– Стеван, - ответил сосед.

Руки они друг другу не протянули. Тааак, это что еще за борьба за власть в моих владениях намечается? Самое интересное - ни один, ни другой не имеют на это право, а колышки напилили, собак запрягли и приготовилась территорию столбить.

– Мария, - вклинилась в сугубо мужской диалог.
– Хозяйка дома с привидениями. Здесь проездом. Буквально на день.

– Так мало?
– переключился на меня мужчина.

– Достаточно, - влез вампир, - Маш, там баня скоро? А то помыться бы с дороги. Ты мне спинку потрешь?
– промурлыкал Мазаринин. Он поймал мою руку и сжал ее в своих ладонях.

Я чуть не подавилась. Чего это он? Решил права обозначить? Но ведь Стеван не претендует никоим образом на меня. Журналист хмыкнул, но комментировать не стал.

– Конечно, милый, - я гадко улыбнулась, встала у начальства за спиной, положила руки ему на плечи и сжала пальцами плечевые мышцы.
– Так?
– мой голос сочился елеем. Еще минут пять подобной пикировки и Мазаринина придется отмывать от патоки.

– Именно...
– Александр откинул голову назад. На его лице было написано неземное блаженство. Неужели я в болевую точку не попала? Побагровев от злости, я сжала пальцы в два раза сильнее.
– То что нужно!
– простонал мужчина и облокотился на мои ноги. Я скрипнула зубами и впилась в податливое тело Мазаринина ногтями.
– А это уже перебор!
– вампир открыл глаза. В его взгляде бесились три миллиарда смешинок.

И я как-то забыла, что зрачки у него красные, и смотрятся на его бледном лице такие глаза не очень. Запамятовала о холоде его кожи. Где-то растеряла все аргументы за и против непонятно чего. Разум потрясенно умолк. Совесть сдохла в конвульсиях, а здравый смысл был готов согласиться с тем, что земля плоская, лишь бы это произнесли его губы.

И как-то совсем случайно он накрыл своими ладонями мои руки. И почему-то я не вздрогнула, а приняла этот жест, как и робкую, слегка недоверчивую ухмылку медленно, но верно перерастающую в радостную улыбку. И куда-то провалилось сердце, стуча по дороге боками о кости моего скелета.