— Я тоже. Она шла туда, куда прошли те двое; одного из них я знаю. Он преследовал меня с тех пор, как мы покинули Крондор. Он — один из немногих в Кеше, кто знает меня в лицо.

— Кто он? — спросил Гуда. Обогнув угол, они попали в освещенный коридор.

Когда Боуррик увидел двух солдат, стоящих у дверей в какой-то зал, он шагнул к Миа на случай, если она решит убежать или позвать на помощь.

— Это Торен Зи, кешианский посол при дворе моего отца, — сказал принц воину.

— Он же из королевской семьи. Какие-то очень важные люди хотят твоей смерти, Бешеный.

— А какие-то люди хотят знать правду, — ответил Боуррик. — Поэтому мы пока еще поживем.

— Буду надеяться, что ты прав, — сказал ему воин-наемник. Миа вела их по дворцу мимо стражи, стоявшей у дверей. Они не подали виду, что удивились при виде служанки из императорских покоев, которая сопровождала столь странно одетую компанию. Миа повернула в большой коридор, куда выходили шесть никем не охраняемых дверей.

Пройдя весь коридор, девушка остановилась перед большой закрытой дверью.

— Твой брат здесь, — сказала она.

— Войди первой, — толкнул ее Боуррик.

Женщина распахнула дверь. Принц, вошел за ней, следом — Сули и Гуда. Она провела их через приемную, распахнула другую дверь, но в этот раз, оставшись в дверях, дождалась, пока пройдет Сули, захлопнула дверь и закричала:

— Это Боуррик Крондорский! Убейте его!

Вооруженные люди, сидевшие вокруг стола, при этих словах вскочили с места, выхватив мечи.

Слуга объявил о прибытии лорда Нирома, и Эрланд пригласил его войти. Дородный вельможа торопливо вошел и поклонился принцу.

— Ваше высочество, Миа сказала, что вы хотели обсудить со мной что-то срочное. — Тут Ниром заметил Джеймса и Гамину, сидевших напротив Эрланда. — Господин мой, госпожа. Простите, что я вас сразу не увидел.

— Он очень хочет поговорить с тобой наедине, — передала Гамина Эрланду. — И очень недоволен тем, что мы здесь.

— Вы что-нибудь знаете о бароне Локлире?

Ниром пожал плечами.

— Если бы мы знали, то сразу сообщили бы вам. Я должен заявить вам, что далеко не все из тех, кто держит совет с императрицей, так сильно разгневаны. Мы потеряли родственницу, а Та, Которая Есть Кеш, — дочь. Хотя мать и дочь часто расходились во мнениях относительно придворной жизни, все же их связывали крепкие чувства.

— Он тянет время, — услышал принц послание Джеймса.

— Зачем?

Ответила Гамина.

— Он хочет поговорить с тобой наедине., нет, он хочет остаться с тобой наедине… его мысли спутаны… его непросто понять… он думает… — Внезапно Гамина побледнела, и Джеймс вскочил на ноги, выхватив меч. Толстый придворный, наверное, о чем-то догадался — он резко развернулся и для защиты выставил перед собой церемониальный жезл.

— Что такое? — воскликнул Эрланд.

— Боуррик жив, — сказала Гамина. — Он где-то в городе. Ниром хочет отвести тебя куда-то, где его друзья тебя убьют.

Эрланд не сразу осознал услышанное.

Лицо Нирома стало серым, как пепел.

— Что говорит госпожа моя?

— У моей жены есть некий дар, господин мой, — произнес Джеймс. — Она чувствует ложь. Какую роль вы сыграли в убийстве, случившемся этой ночью?

Ниром бросился к двери, Джеймс перехватил его.

— Где мой брат? — спросил Эрланд, выхватив рапиру.

Ниром, видя, что ему не убежать, явно пал духом.

— Будьте милосердны, ваше высочество. Я все скажу, но вы должны пообещать, что поговорите с императрицей. Я — всего лишь подручный у Авари. Я почти ни в чем не замешан. Это он подстроил смерть своей сестры, он хочет убить вас и жениться на Шаране.

— На собственной племяннице? — не поверил Эрланд.

— В ранних династиях Империи такие браки бывали, — заметил Джеймс. — Если права на трон были не очень убедительны, претенденты женились на родственницах или даже на сестрах, чтобы добиться трона. А в такой большой семье тут почти все друг другу родственники.

— Так и есть, — подтвердил Ниром. — Но если вы хотите спасти вашего друга, надо поторопиться. Он ранен и заключен в темницу на нижних уровнях дворца.

Джеймс посмотрел на Гамину.

— Не знаю, — сказала она. — Он очень хитер. Он может и не знать, что я умею читать мысли, но что-то заподозрил и повторяет в уме то, что сказал нам. Кое-что можно прочесть, но очень слабо… он лжет о своей роли в этом деле, но не знаю насколько. Его надо опасаться.

— А Боуррик действительно жив? — спросил Эрланд.

— Считается, что это так, — ответил Ниром. — Через несколько дней после прибытия в Дурбин каравана работорговцев один раб бежал. Его искали, обвинив в убийстве жены губернатора. По описанию он походит на вашего брата.