– А нам тоже надо юбки осваивать? – деловито осведомился Дашин партнер Степан.

Все захохотали, а Ясея даже не улыбнулась:

– Понадобится – освоите. Но на этот раз у вас будут рубашки с поясом, брюки и сапоги.

– А если сапоги по размеру не подойдут? – снова поинтересовался неугомонный Степан.

– Тому не повезет, – хмуро заметила Ясея.

Вообще она была явно не в настроении, и только Дашин партнер никак не понимал, что сегодня не лучший день для шуток.

– А у нас что будет? – не выдержала Даша.

– Синий сарафан с вышитой блузкой, – преподавательница потянула за край одеяния, лежавшего сверху, и послышался треск разрываемой ткани.

– Кому-то зашить придется, – невозмутимо прокомментировала она. – Вообще костюмы уже, мягко говоря, были в употреблении, придется вам их самостоятельно постирать, отгладить и при необходимости подремонтировать. Я вам сейчас их раздам не глядя, а потом поменяетесь, если кому что не подойдет.

Домой я явилась с большим узлом – лишнего пакета у меня с собой не было, поэтому пришлось тащить «костюм» прямо в руках.

– Мам, – позвала я. – Нам костюмы выдали! Надо его постирать, погладить, зашить…

– А что сразу «мам»? – возмутилась она. – Твой костюм, ты и развлекайся.

– Он не мой, – надулась я. – Мне его напрокат дали. Как бантик в музыкальной школе, помнишь?

Тут меня осенило, и я хитро заметила:

– Ты еще его утюгом сожгла. Значит, этим костюмом тоже должна заниматься ты!

– Ну и логика у тебя, – воскликнула мама. – А если я твой драгоценный костюм тоже испорчу? Это тебе не бантик – не рассчитаемся!

– Ну мааам… – заныла я. – Мне некогда вообще! У меня занятия, репетиции, и еще уроки, между прочим, никто не отменял! Ты же не хочешь, чтобы я с тройками полугодие закончила?

– А тебе не приходило в голову пожертвовать частью занятий в пользу уроков? – резонно возразила мама.

Я оторопело посмотрела на нее – такая простая и разумная мысль мою голову, естественно, не посещала.

– Ладно, – смягчилась она, глядя на мое удрученное лицо. – Давай сюда свой костюм.

– Ура! Спасибо! – завопила я, вручая ей непрезентабельного вида сверток. – Ты лучшая мама на свете!

– Ладно, не подлизывайся, – проворчала она с улыбкой.

И я так и не поняла, то ли она и правда меня пожалела, то ли решила реабилитироваться за тот злосчастный бантик.

Не знаю, как маме это удалось, но к следующему занятию костюм был готов. Сказать, что он преобразился, значит ничего не сказать – из пыльной тряпки у нее каким-то чудом получилась блузка с длинными широкими рукавами и премиленький сарафанчик с оборочками. К счастью, костюм мне подошел – это я установила еще на этапе примерки. Теперь встала другая проблема – как доставить его до места репетиций, но мама и тут нашла выход из положения, выдав мне чехол, в котором летом хранила свою шубу.

С чехлом наперевес я вышла из дома, и первым, кого я встретила, оказался… Денис. Он опять был с рюкзаком и клюшкой – наверное, шел на тренировку. Увидев меня, он замер на миг, словно раздумывая, поздороваться или молча пройти мимо, но я не оставила ему выбора, радостно бросившись навстречу.

– Привет, как дела? – затараторила я, старательно изображая дурочку. – Ты на тренировку? А я вот на репетицию иду, костюм несу, у нас скоро концерт, придешь?

Он оторопело смотрел на меня, явно сомневаясь в моих умственных способностях, и потом спросил:

– Что хоть за концерт?

– Нашей танцевальной студии, – пояснила я. – Тридцатого декабря в ДК «Текстильщик». Приходи, буду ждать! – прощебетала я на прощанье и удалилась, не дав ему опомниться.

Всю оставшуюся дорогу я хихикала, вызывая недоуменные взгляды прохожих. Зачем я ему все это наговорила, я и сама не понимала, но чувствовала, что поступила правильно.

Сегодня был особенный день – первая репетиция на сцене в костюмах. Ясея встретила нас у входа в ДК и проводила в раздевалку, где уже тусовалась куча народа.

– А вы думали, ради нас одних ДК снимут? – усмехнулась она. – Будет общий прогон всех номеров концерта, так что переодевайтесь, готовьтесь, я вас позову.

В такой обстановке, конечно, и речи не шло о том, чтобы долго красоваться в своем костюме и рассматривать, как в них выглядят другие. Мы переоделись и вышли из раздевалки, где и без нас было тесновато. В одном углу наряжались в шаровары девчонки из студии танца живота, в противоположном щедро намазывались кремом для автозагара исполнительницы латиноамериканских танцев, а посередине разминались акробатки.