Нужно срочно уходить, - твердила я себе, и каждый раз обещала, что этот день будет последним, и каждый новый день давала себе то же обещание.

Оставшееся время слилось для меня в один сплошной поток. Я сбилась со счета, казалось, что живу тут уже вечность.

Календаря у отшельницы не было и оставалось только гадать сколько же прошло дней, да оно видимо и к лучшему.

В один прекрасный день я грелась в лучах утреннего солнца, сидя у окна за вышиванием (оказывается я еще не разучилась шить!) и почувствовала как малыш шевельнулся. Ткань выпала у меня из рук, мне показалась, что невидимая ласковая сила окутывает душу. Я задохнулась от нахлынувшего шквала эмоций. Положа руку на едва заметно округлившийся живот, я радостно улыбнулась. Только сейчас я действительно поняла, что внутри меня растет жизнь, не безликое слово "ребенок", которого еще пока и увидеть невозможно, а до боли родное, частичка твоей души, самой тебя и я скорее умру, чем позволю причинить ему вред.

Одну мысль я четко осознала, она как жало впилась мне в мозг - Тхор не получит этого ребенка. Ни за что, я скорее сама умру, чем позволю причинить ему вред.

Так оно и будет, - подал голос здравый рассудок.
– Как только ты родишь, тебя убьют за ненадобностью, а малыш станет проводником Хаоса в мир.

НЕТ! НИ ЗА ЧТО!!!
– пальцы крепко впились в ладони, протыкая ногтями тонкую кожу.
– Не позволю... Не дам...

Я почувствовала как знакомая пелена ярости застилает глаза. Вокруг начал образовываться водоворот темной силы. Небеса за окном потемнели. Замелькали извилистые молнии, ветер взвыл и стал отчаянно бить в стены, как будто мечтал смести их со своего пути.

Звонкая пощечина вернула меня в реальность.

– С ума сошла?!!
– бушевала Сана.
– Хочешь чтобы хикары напали на твой след?! Использовать магию хаоса!
– всплеск руками. - Дура!!!
– и со стуком захлопнула ставни за моей спиной.

Я лишь прижала ладонь к пылающей щеке и тихонько плакала.

Кажется спокойная жизнь подошла к концу.

***

Тем же вечером, сидя за накрытым столом, у нас с Санной состоялся странный разговор. Отшельница долго смотрела на меня своими выцветшими глазами и наконец-то спросила.

– Хочешь разорвать договор с богом Хаоса?

– Что?!
– первый момент показалось, что старуха окончательно рехнулась и несет бред.
– Такое в принципе невозможно!

– Я не спрашиваю тебя возможно это или нет, - резко перебила она.
– Я спрашиваю, ХОЧЕШЬ?!!

– ДА!!!
– в тот ей выкрикнула я, непроизвольно сжав кулаки.
– Если есть такая возможность, я всеми зубами вцеплюсь в нее, но не позволю Тхору взять верх.

– Вот и хорошо, - голос Саны заметно смягчился.
– Тогда...
– порывшись в карманах, она вынула свет огромный, чуть ли не с ладонь, медальон на толстой цепочке. Сделанный в форме круга, на нем было выгравировано солнце, пускающее несколько десятков лучей, внутри него был заключен полумесяц, а на роге которого сияла шестиконечная звезда. Выполнен он был в двух тонах - этакий причудливый танец черного и золотого: опасной и непредсказуемой тьмы и яркого слепящего света, связанных воедино, как полосы на брошке пчелы. Цвета, ничего не значащие по-отдельности, но соедини их вместе и получишь знак, предупреждающий об опасности - не тронь.

С любопытством разглядываю медальон, опасаясь прикоснуться рукой.

– Что это?

– Не так важно что это, как то, чем оно может помочь.

– И чем же?

– Возьми в руки узнаешь.

– А это действительно надо?

– Не бойся, не укусит, - каркающее смеется Сана и буквально впихивает мне его.

Двумя пальцами держу цепочку и подношу поближе к глазам. Странно на вид обычная безделушка, а опасностью от нее так и разит.

– Сожми в кулаке.

После недолгого колебания делаю, как говорят, и зажмуриваюсь от яркой вспышки. Сквозь плавающие перед глазами пятна замечаю, как несколько сотен золотых нитей вырвались из плена медальона и рванули в разные стороны, окутывая мою фигуру. Не успеваю отреагировать, как понимаю, что вишу в каком-то подобии невесомости. Зрение шалит, так что нет возможности оглядеться и понять, где я очутилась, не ощущаю собственного тела, как будто его и нет. Страшно, очень.

Из ниоткуда приближаются голоса, с каждой секундой становясь громче. Я напряженно замираю, один голос кажется смутно знакомым. Я не ошиблась.

– Мы слишком много потеряли времени.

– Нам спешить некуда.

– Если избранная не найдется...

– Ей некуда бежать. Латира теперь отверженная, даже собственный народ её не примет. Так что рано или поздно она вернется.

– Лучше рано, иначе от нас ничего не останется.