– Увы, я слишком стар, чтобы вмешаться. Боюсь, эти сволочи...

– Я говорю про другое!
– перебивать отца совершенно не куртуазно, но...
– Так и будем ждать, пока Очистительное Пламя не придет к нам? Ты хочешь на костер вместе с ними?
– он неопределенно мотнул головой.

Взор графа уперся сыну в глаза:

– Что ты предлагаешь?

– Надо изгнать Зверей из замка! Я не говорю - отдать их Церкви, хотя это было бы лучшим решением, но так, мы хотя бы избавимся от прямой угрозы! Надо спешить, пока войска Светочей не осадили Каубах!

– Гарнизон замка силен!
– усмехнулся старик.
– А Каубах не по зубам этим ублюдкам!

– Против тебя выступят отряды всех владетелей и рыцари Ордена! И королевское войско в придачу! А у тебя что? Горстка стариков?!

– Эти старики еще зубасты!

– И что? Вопрос лишь в цене, которую заплатят охотники за добычу! Отец, я не хочу увидеть тебя на костре! Особенно, если буду висеть на соседнем столбе!

– Внук Роланда Неистового боится смерти?!

– Такой - боюсь! Дед погиб в бою! И, кстати, ты не забыл, что он дрался против Зверей?!

– Не употребляй при мне этого паршивого слова! Вильдверы - люди! Такие же, как мы! Только сильнее, быстрее и, откровенно говоря, честнее. Именно этим их и берут святоши! Подлостью! И горой трупов! Да, баски Гонзалеса были вильдверами. Но твой дед стоял в одном строю с 'Медведями'! И если бы не они, армия Шарлемана не вышла бы из ущелья! Ты еще не забыл, кто такие 'Медведи'?

– Помню! Те самые старики, с которыми ты собрался воевать против всего Нордвента!
– Фридрих постарался подавить раздражение и говорить спокойно.
– Отец, пойми, они же подлинные звери! Всего несколько дней назад, я видел, что сотворил один вильдвер с отрядом графа фон Меккерна! Две дюжины трупов! Сам граф погиб!

Старик медленно оторвался от спинки кресла и подался вперед. Узловатые руки крепко обхватили подлокотники. Тяжелый взгляд уперся в сына.

– Сколько среди убитых женщин и детей?

– Причем тут женщины и дети? Это была охрана фон Меккерна!

– Которая случайно зашла во двор к негостеприимному хозяину?
– дрожащая рука налила сока. Граф отхлебнул, отставил бокал.
– Кого убили?

– Э...

– Фридрих!

– Рваное Ухо.

– Старина Теодор...
– лицо графа не изменилось, лишь на миг дрогнул голос.
– А я ведь уговаривал его остаться! Здесь бы не достали! Костер?

– Нет. Хватило ран. Да и некому было проводить сожжение. Вильдвер оторвал брату Густаву яйца.

– Что же, туда им и дорога! Да! У Теодора был внук.

– Мальчишка сбежал.

– Вояки!
– хмыкнул граф, - И ты считаешь, что я должен бояться безруких ублюдков, воюющих с детьми и не способных справиться даже с ними?

– Щенок обернулся. Убил троих. И добил графа. Это подлинный Зверь, а не ребенок.

– Перекинулся в семь лет?
– отец вдруг внимательно посмотрел в лицо сыну.
– Фридрих, - вкрадчиво произнес фон Каубах.
– А что делал ты?
– голос ужесточился.
– Почему твои ягеры не помогли тому, кто трижды спасал жизнь твоему деду и дважды - отцу?!
– теперь граф кричал.
– Прошедшему Сиверу и Тигренок?! Герою Ронсенваля?! Если бы не он, ты бы просто не родился на свет!

Виконт вскочил на ноги:

– Ты считаешь меня самоубийцей?! Добить кнехтов фон Меккерна и отправиться на костер?! Так ты понимаешь благородство?!

– А хоть и так!
– встать старик не мог, но взглядом давил не хуже, чем кулаком.
– Как тебя вообще занесло в Лукау?!

Фридрих заставил себя успокоиться. Можно подумать, он не знал, как сложится разговор. И не шел на это сознательно.

– Я охотился на Зверя, - спокойно произнес виконт.
– На порождение Нечистого, проклятого Господом! И то, что этот Зверь когда-то качал меня на руках и рассказывал сказки на ночь - ничего не меняет!
– он помолчал, набираясь смелости, и продолжил.
– Именно я его выследил! И если бы не глупость фон Меккерна, мальчишка бы не ушел!
– снова крохотная пауза.
– Зверей выбьют всех! До последнего! Раз Пречистая Церковь решила извести волчье семя, она не отступит! И если ты хочешь взойти на костер в компании нелюдей, то я не собираюсь подыхать столь глупо!

Старый граф молчал долго. Когда он поднял голову, ничто не выдавало его чувств. Разве что след одинокой слезинки возле левого глаза. Но голос был тверд. И холоден, как ледники гор Сиверии.

– Уходи. У тебя больше нет отца. Предателям не место в моем доме.

– Но...
– начал Фридрих.

– Вон!
– заорал старик, которого все же подвело самообладание.
– Пошел вон, убийца! Чтобы ноги твоей, здесь не было! Мистфинк!

Глава 11