Шрифт:
Наверное, она спросила вслух, потому что Крыс громко захохотал:
– А ты не знаешь? Ты вильдвер, детка! Зверь! Говорят, Звери очень хороши! Не пора...
И полетел на пол, сбитый мощной затрещиной.
– Я тебя предупреждал!
– ревел Здоровый, отвешивая новый удар.
– Где шлюх держат знаешь, туда и ходи! А ребенка не трожь!
Эльза долго не вылезала из угла, хотя звуки ударов, злой рев Здорового и писк Крыса давно исчезли, отрезанные захлопнувшейся дверью. Как сожгут?! За что? Ее, Эльзу, сожгут? Завтра? Отто, ты слышишь, завтра!
И это жуткое завтра наступило. Пришел Здоровый и с ним еще пять стражников, вытащили Эльзу из ее угла и из камеры, и не заметив ее жалких попыток сопротивления, донесли до телеги во дворе, надели на руки и ноги железо, посадили в клетку. Куда-то везли. Эльза не сопротивлялась. Ей было страшно. Так страшно, что руки и ноги не слушались, а мысли испуганно жались по углам головы, придавленные тяжелой грозовой тучей.
В какой-то момент она увидела бегущего за телегой Отто, и в сердце вспыхнула надежда, но Отто куда-то исчез и появился уже на площади, где собрался, казалось весь город. Все шумели, кричали, важный монах что-то говорил. Потом появилась женщина в белом плаще, таком же, как у монаха, и начала с ним спорить. Что-то спрашивала у Эльзы. Девочка отвечала, а страх наваливался еще сильнее, и даже Отто, стоявший совсем близко, не мог его отогнать. Она боялась монаха, и женщины, и ее огромного коня, и толпы...
Эльзу вытащили из клетки, страшная женщина посадила перед собой на страшного коня и куда-то повезла, Отто пропал, и Эльза чуть не умерла от ужаса. Ее везли по родному городу, но Эльза не узнавала улицы, перекрестки, дома...
Потом была какая-то комната, ее поили, мыли. Отобрали одежду, состригли волосы... Дали еды... Всё было непонятно. И страшно. Страх разрастался, захватывал всё вокруг и, наконец, накрыл Эльзу чернотой. Полной. Беспросветной. Девочка заметалась в поисках выхода, но его не было, лишь чернота, темень со всех сторон, без конца и края...
И вдруг... Мелькнуло лезвие ножа, распоров темный полог, и через него шагнул Отто.
– Белка!
Эльза рванулась ему навстречу, но чернота не пускала, хватая за руки, за ноги, утягивая в себя...
И снова блеск ножа.
– Белка, проснись!
И темнота ушла, уступая безжалостному лезвию. Остался только страх.
– Отто, меня сожгут, - сказала Эльза.
– Я боюсь Отто!..
Новый высверк. Эльза вынырнула из сна и села на кровати:
– Отто?
– и тут же поправилась.
– То есть, Коготь?
Он пришел за ней, как обещал! А она... Исхудавшая, уставшая... ЛЫСАЯ?!
– Эльза, ты самая красивая!
– произнес Отто.
И страх отступил. Спрятался. Забился куда-то в глубину. Отто назвал ее по имени! И сказал, что она красивая!
А потом появился ларг! Ужасный Зверь, способный убить человека одним ударом когтистой лапы. И страх вернулся. Но Отто был рядом, говорил что-то успокаивающее, и Эльза старалась бороться. Но было очень страшно. Зверь посадил ее на спину, и они долго бежали. Девочка, дрожа от ужаса, держалась руками за шею ларга, ощущая под руками густую, жесткую шерсть. 'Наверное, он похож на медведя, - подумала Эльза.
– У него даже погремуха Медвежонок'.
Но на хазе ларг обернулся человеком и оказался похож на Отто. Только поменьше.
– Эльза, - сказал он.
– Не надо меня бояться. Я же маленький. Мне всего семь лет. И я не кусаюсь. Честное слово. Ты будешь моей сестренкой? У меня никогда сестры не было...
И от этих слов страх снова спрятался.
– Буду, - кивнула Эльза.
– А как тебя зовут?
– Отто, - засмеялся Медвежонок.
– Как и Когтя. Мы одноименники...
А после был долгий путь к реке. Медвежонок тащил ее на спине, но по лестнице пришлось подниматься самой. И в пещерах кое-где было узко. И под городской стеной...
Страх вернулся уже в лодке. Когда плывун Хлыбень вдруг перехатил за середину весло и спросил:
– Скажи, Коготь, почему мне не кончить вас прямо сейчас и не забрать с трупов всё, что есть? И не пищи про перо. Против весла нож не тянет. Минуты тебе хватит, чтобы ответить?
– Потому что я тебя порву, - ответил за брата Медвежонок. И клацнул челюстями.
– Понял, - сказал Хлыбень, криво улыбнулся и опустил весло в воду.
А страх тоже понял и отступил вместе с Хлыбнем.
И снова бежали, и Медвежонок нес Эльзу на спине. Пока она не взмолилась, поскольку не оставалось сил передвигаться даже так.
Тогда зарылись в подвернувшийся стог, и Эльза, засыпая, поняла, что страха нет. Он ушел. Испугался и убежал. И правильно. Чего ей бояться, если у нее есть два брата? Два ТАКИХ брата!
Глава 38