– Мне все равно: поверили или нет. Если нет, придумай, почему тебя не было и не будет еще очень долго. Это не мои проблемы, – отмахнулся от меня Маркос, открыл мне дверь и сделал жест рукой. – Проходи.

Я вышла из кабинета и, не оборачиваясь, направилась к себе. Как только зашла в комнату, направилась к туалетному столику. Посмотрела в зеркало: глаза у меня блестели. «Чего это ты на него так реагируешь? А? Не спорю, он красивый мужчина, но он вампир и имеет двух любовниц. Хочешь быть третей? Нет? Значит, держи себя в руках, Аделина Игоревна, и не кидайся его обнимать в следующий раз», - обратилась я к себе. И, правда, что это я так реагирую на него? Я что, красивых мужчин не видела?

Видела, конечно.

Я направилась в ванну, умыться. На столике в ванне лежал мой браслетик. Как я умудрилась забыть надеть его? Умывшись, я надела браслет, и мне стало спокойней. Из ванны пошла в гардеробную. Нашла там легкую майку и такие же шорты, в которых буду спать. Вот черт! Чего это я все время думаю об этом вампире? Все, пора спать…

Зайдя в спальню обратно, я увидела на стеклянном столике мобильный телефон. Схватив его, я набрала номер мамы по памяти. Трубку долго не брали, и я уже начала волноваться. Но через несколько гудков я услышала мамин голос:

– Да, я вас слушаю.

– Мама! – обрадовалась я.

– Дочка! Линочка, солнышко, как я рада тебя слышать! – услышала я такой родной голос. – Ты чего не звонила три дня? Я же волнуюсь.

– Прости, Мам. Не было свободного времени, – солгала я. Я присела в кресло, а мои руки дрожали от напряжения. Не привыкла я врать родителям. Неправильно это. Но надо, значит надо. Маркос сказал, что, если расскажу правду, то пожалею. А узнать, что он сделает, у меня желания нет.

– Ты домой не собираешься? А то уже три дня живешь у Оли, а вещи с собой не взяла.

Ах, вот что они придумали для моих родителей! Мама наверняка звонила мне, но я не поднимала, значит, звонила и Оле. А Оле что они наплели, чтобы она меня прикрывала три дня от матери?

– Нет, мама, пока не могу приехать назад.

– Ну ладно. Ты чего телефон не брала?

– А я его потеряла, – быстро сориентировалась я.

– Ох, ничего, это не страшно. Новый купишь. Но ты хоть за вещами приди, – я знала маму, она хотела под любым предлогом заманить меня в квартиру.

– Мама, не беспокойся. Я взяла немного вещей, мне хватит, – уверила я ее, машинально смотря в гардеробную. О, этих вещей мне хватит надолго!

– Хорошо, – она помолчала. – А как там Оля?

– Ну, - я не знала, что ответить. – Хорошо.

– Бедная Олечка, с парнем рассталась. Я ей один раз звонила насчет тебя, она была тогда очень расстроена. Но хорошо, что ты рядом, поддерживаешь ее. Ты – хорошая девушка и подруга, Лина.

– Сейчас ей намного лучше. Как там папа?

– Хорошо. Он так не волнуется за тебя, как я. Говорит: «Она у нас уже взрослая, Марин. Скоро замуж выйдет. А ты все боишься за нее. Нашей дочери доверять надо». А ты ничего не подумай, доверяю я тебе. Ты сейчас у Оли, а не по клубам бегаешь, – «Ой, мама, лучше бы я по клубам бегала!» - Лина, тут кто-то в дверь позвонил, наверно, Ира. Я побегу открывать. Ты не пропадай, звони почаще. Днем и ночью. Пока.

– Пока, мамуль, – я повесила трубку. Надо бы и Оле позвонить, но я очень устала. Завтра, все завтра.

Я распустила волосы и легла на кровать под одеяло. На часах ровно девять часов. Заснула я быстро, спала без сновидений.

Проснулась я сама. На часах – 23:32. В комнате горел только светильник возле кровати. Полежав немного, подтянувшись, я встала. Вот чего я встала через два с половиной часа? Поспала бы уже до утра. Но я проснулась, и пока не захочу опять спать, не засну. Села за туалетный столик, подперев голову руками, закрыла глаза. Завтра надо позвонить Оле. Соскучилась я по ней. Сложив руки, как учат в первом классе, я положила голову на них. Скучно. Очень скучно. Сходить ли вниз? Как только я об этом подумала, открылась моя дверь.

– Привет, Лина. Это я - Эрика. Можно? – услышала я.

– О, привет, Эрика. Проходи. Ты как раз вовремя. Мне ужасно скучно, – не поднимая головы, сказала я. Я услышала, как Эрика подходит.

– Я включу светильник? – спросила она.

– Включай, - девушка включила настольный светильник на туалетном столике. Он был неярким. – Я позвонила родителям, – сказала я ей. Подумав, что обращаться с опущенной головой к человеку, в данном случае к вампиру, плохо, я подняла голову и издала испуганный вопль. В зеркале я увидела силуэт Эрики, но не это меня испугало. У Эрики ярко-зелёным цветом горели глаза, как фонарики, зрачок маленький, из-под губ торчали кончики клыков. Я вскочила, при этом табуретка упала, и сделала шаг к ванной, больно ударившись углом столика о бедро. Эрика сделала шаг назад и подняла рука, ладонями ко мне.

– Прости, Лина. Я не хотела тебя напугать. Я тебя не трону, обещаю. А клыки и цвет глаз я не могу сейчас убрать.

– Почему? – я сделала еще шаг назад. На всякий случай.

– Есть на то причины, – уклончиво ответила. – Меня хоть и обратили в вампира больше десяти лет назад, но я считаюсь молодым вампиром. Я не научилась полностью контролировать себя, – она показала на свое лицо. – Осталось научиться убирать при таких случаях клыки и скрывать цвет глаз. Я все та же Эрика, – она улыбнулась извиняющей улыбкой.