Не разрушая их, не портя,

И сделать их телесными вполне Пытается, структуры Не изменяя внутренней веществ.

Тогда два духа, пробудившись, —

Два семени, что проросли, —

Желают завладеть единым телом. Отметить следует особо,

Что в этом случае их мать Меркурий погибает, не оставляя следа. Проверено неоднократно,

Когда Меркурий умерщвлен Природой, он уже не может Ожить и возродиться.

Однако существует утвержденье —

И многие сыны доктрины Удачливые с ним согласны (Они в трудах своих об этом пишут Туманными весьма словами),—

Что будто следует в Меркурий Текучий погрузить тела —

И совершенные, и нет.

Я вовсе их во лжи не обвиняю,

Однако же здесь хитрость есть. Истинно то, что наш меркурий Способен поглотить дотла Несовершенные металлы,

Как олово или свинец;

Он также может без труда Свое количество умножить.

Но вследствие всех этих операций Он важных свойств своих лишится И больше уж не будет совершенным; Запомни это хорошенько.

Однако, умерщвленный При помощи искусства,

Он может возродиться

Как сублимат, подобно киновари;

Таков единственный возможный путь. А истина сия важна:

Коагулируя при помощи искусства, Хоть сколь угодно долго,

Два семени не смогут обрести Фиксированных тел,

Какие наблюдаем в шахтах.

И если вы посмотрите с вниманьем, То никогда не ошибетесь:

Природа ни случайно, ни нарочно Не допускает глубоко в земле Неполной коагуляции частиц; Фиксированы в них Зародыши меркурия, две спермы Истинных, что можно наблюдать В свинцовых рудниках, к примеру, Поскольку не бывает рудников.

В которых бы свинец не содержал Фиксированных зерен,

Известных нам как золота И серебра зародыш —

Субстанцию бесценную Развития и роста,—

В том нет сомнений никаких. Коагуляцию первичную меркурий Проходит в свинцовых рудниках: Процесс сей истинен вполне,

К тому ж еще весьма удобен.

Так он приходит к совершенству,

И больше здесь не нужно ничего, Чтобы скорее он достиг фиксации,

К которой так стремится, — Поскольку, как мы говорили выше, Всякий рудник содержит зерна

Фиксированные И золота, и серебра,

Которые туда Природа поместила. И Бог способствовал ей;

Они присутствуют, конечно.

Там и могут умножаться,

И в этом нет противоречья.

Они стремятся к совершенству И всемогуществу, о чем Свидетельствует опыт.

Я уверяю вас, они Погружены там в свой меркурий, Когда в глубинах рудника Находятся,

Поскольку в шахте все металлы Меркурий свой лишь представляют И могут умножаться н расти,

Когда погружены в меркурий Истинный. Но если Фиксированные частицы отделить От их Меркурия (как-то:

Извлечь из шахты),

Подобно это будет яблоку,

Что сорвано зеленым И отделено от древа до того,

Как зрелости оно достигло,

Еще недавно бывшее цветком.

И хотя фрукт такой, конечно, Яблоком назовет любой И ни с каким другим Его не перепутать,

Он. сорванный, испортится,

Сгниет, разрушится,

И человек не сможет

Ни с помощью искусства.

Ни знанием научным довести Субстанцию до совершенства так, Как это с легкостью Природа делает живая.

Когда на ветке плод висящий,

Не сорванный еще,

Субстанцией питается природной; Тем временем мы ждем, пока Наступит время урожая.

А яблоко на дереве растет88, Питается, становится спелее. Приобретает вкус,

Все больше соком наливаясь, Вплоть до момента,

Когда оно достигнет зрелости,

А значит, совершенства; металл Похоже созревает. Так золота Зерно, которое Природа, сотворив В Меркурии, как в колыбели,

И день и ночь растит,

Стремится к совершенству, Питаясь, без сомненья,

Меркурием своим,

В нем пребывая неизменно.

Так следует нам ждать.

Пока субстанция любая.

Подобно яблоку на древе, зреет, — Конечно же, в меркурии своем. Итак, хочу, чтоб знали вы: Поистине, меркурий Есть Дерево для всех металлов — И для совершенных, и для тех,

Что мы несовершенными зовем;

Он их единственный питает И взращивает.

В связи с вышеописанным хочу Предупредить вас и направить: