Демельза улеглась спать, но еще не спала. Когда раздался её голос, Росс отставил попытки раздеться в темноте.

– Что-то ты рано отправилась на боковую, - произнес Росс.
– Надеюсь, это признак перемен в жизни.

Глаза Демельзы неестественно блеснули во вспыхнувшем желтом сиянии свечи.

– О Марке ничего не слышно?

– Нет, еще рано.

– Про Францию разные слухи ходят.

– Да, знаю.

– Как прошло собрание?

Росс рассказал.

Когда он закончил, Демельза некоторое время молчала.

– Ты хочешь сказать, что у тебя могут возникнуть очередные осложнения?

– Могут.

Демельза молчала, пока Росс закончил раздеваться. Её волосы кольцами разметались на подушке. Один непокорный локон оказался на подушке Росса, когда тот забрался в постель. Росс взял его и на мгновение задержал в пальцах, а затем уложил к остальным локонам.

– Не гаси свет, - попросила Демельза.
– Я должна тебе в кое-чем признаться.

– А в темноте не сможешь?

– Только не в этом. Темнота иногда так давит... Росс, в эти теплые ночи нам стоит спать без балдахина.

– Как пожелаешь.

Он поставил свечу рядом с кроватью, где её желтые тени заплясали по занавесям у их ног.

– От Верити нет вестей?
– спросила она.

– Я от Тревонанса сегодня весь день не вылезал.

– Ох, Росс.

– В чем дело?

– Я... я сегодня была в Тренвите и виделась с Фрэнсисом.

– Какого дьявола ты туда пошла! Там тебе не получить радушного приема. И уж точно никаких известий о Верити.

– Я пошла туда не ради известий о Верити. Я отправилась объяснить Фрэнсису, что он ошибался, полагая, что ты способствовал побегу Верити.

– И что это меняет?

– Я не хотела чувствовать себя виновной в вашей размолвке. Я рассказала ему правду, что это я помогала Верити втайне от тебя.

Демельза выжидающе умолкла.

У Росса внутри всколыхнулось раздражение, но оно не вылилось наружу, а просто утонуло в океане его усталости.

– О небеса, - наконец устало произнес он.
– И что от этого изменилось?

Демельза лежала всё так же безмолвно. Новости все глубже приникали в разум Росса, вызвав цепочку новых мыслей и чувств.

– Что он сказал?

– Он выставил меня. Велел убираться. Он так рассердился. Мне и в голову не приходило...

– Если он вновь осмелится излить свой гнев на тебя...
– произнес Росс, - я не мог понять его поведения в понедельник по отношению ко мне. Оно выглядело таким же неистовым и несуразным, как ты его описала...

– Нет, Росс, нет, - быстро зашептала она.
– Это неправильно. Тебе не на него следует гневаться, а на меня. Это я во всем виновата. Хотя я и рассказала ему не всё.

– А что ты ему рассказала?

– Что после апрельского бала я передавала письма от Блейми, а ему доставляла письма от Верити.

– А что ты утаила?

Последовало молчание.

– Я боюсь, ты меня ударишь, Росс, - произнесла Демельза.

– Не сомневайся.

– Я поступила так лишь из-за того, что люблю Верити, и у меня сердце разрывалось при виде её горя.

– И как же ты поступила?

Демельза всё ему рассказала. О своем тайном визите в Фалмут, пока он находился в отъезде, как подстроила влюбленным встречу и как всё развивалось.

Росс ни разу её не прервал. Демельза выложила всё до конца, местами запинаясь, но полная решимости. Росс выслушал её со странным чувством недоверия. И всё это время перед ним маячило смутное подозрение, а поступок Демельзы был его частью. Фрэнсис, должно быть, догадался, что Блейми с Верити свели намеренно. Фрэнсис подозревал его. И Фрэнсис знал все про "Карнморскую медеплавильную компанию"...

Пламя свечи дрогнуло, и полоска её света задрожала на постели. И всё из-за Демельзы. Росса прорвало.

– Не могу поверить, что ты так поступила, - произнес он наконец, - скажи мне кто такое, я обозвал бы его лжецом. Я ни за что бы не поверил. Я ведь считал тебя преданной и надежной.

Демельза молчала.

Гнев с легкостью вырвался наружу; его уже нельзя было остановить.

– Ты действовала за моей спиной. Этого я не могу перенести, нет, я даже поверить не могу. Предательство...

– Я пыталась действовать в открытую. Но ты мне не позволил.

Она предала его, тем самым вызвав еще большее предательство. Теперь всё встало на свои места.