Пока они обходили гостей, глаза Тома Карна расширились не из-за восхищения модными нарядами, а больше от гнева из-за легкомыслия тех людей, которые посчитали это подобающим для торжественного дня, а при виде сияющего пурпура Элизабет, узкого глубокого лифа Рут Тренеглос, нитки жемчуга и роскошного завитого парика миссис Тиг рот тетушки Чегвидден сжался, как будто его зашили намертво.

В конце концов знакомство завершилось, и разговоры возобновились, хотя и на пониженных тонах. Поднялся легкий ветерок, задувая между гостей, кое-где приподнимая ленты и полы фраков.

Росс дал знак Джинни, чтобы та принесла еще портвейна и бренди. Чем больше все выпьют, тем больше будут разговаривать, тем меньше вероятности потерпеть фиаско. Карн отмахнулся от подноса.

– Я покончил с этим, - сказал он.
– Горе тем, кто пьет спиртное прямо с раннего утра и до ночи, пока вино их не сожжет! Я покончил с пороками и пьянством и опер ноги свои о скалу праведности и спасения. Позволь-ка мне взглянуть на ребенка, дочка.

С помрачневшим лицом Демельза взяла Джулию, чтобы показать отцу.

– Мой первенец был побольше, - заявила миссис Чегвидден Карн, тяжело дыша на ребенка.
– Разве не так, Том? Двенадцать месяцев ему будет в августе. Маленький симпатичный карапуз, хотя и мой собственный.

– Что у нее со лбом?
– спросил Карн.
– Её, что, уронили?

– Это от родов, - раздраженно ответила Демельза.

Джулия расплакалась.

– Я полагаю, - Карн потер подбородок, - вы выбрали надежных и крепких в вере крестных. Я думал, что стану одним из них.

У ручья между собой хихикали девицы Тиг, но миссис Тиг хранила достоинство, опустив веки, как покосившиеся жалюзи.

– Какое продуманное оскорбление, - сказала она, - привести сюда подобную парочку и представить обществу. Оскорбление, нанесенное нам Россом и его кухонной девкой. Я была против этого визита.

Но её младшая дочь лучше знала, как поступить. Это не было частью плана, но из этого происшествия на могла извлечь выгоду. Рут взяла бокал с подноса Джинни и бочком протиснулась за спиной сестры к Джорджу Уорлеггану.

– Не кажется ли вам, - прошептала она, - что невежливо так далеко отходить от нашего хозяина и хозяйки? Я присутствовала всего на нескольких крестинах, так что не знаю этикет, но принятые в обществе манеры предполагают именно это.

Джордж на мгновение глянул в слегка раскосые зеленые глаза. Втайне Джордж всегда питал к Тигам презрение, преувеличенную форму той смеси уважения и покровительства, что питал он к Полдаркам и Чайноветам и все тем дворянам, чья коммерческая хватка была обратно пропорциональны длине их родословных.

Они могли презирать его, но он знал, что некоторые из них в глубине души уже его боялись. На Тигов он вообще почти не обращал внимания - без мужчин, щебечущие, живущих на три процента годовой ренты и с пары акров земли.

Но после замужества Рут развилась так быстро, то Джордж сознавал, что отношение к ней следует изменить. Она, как и Росс среди Полдарков, была сделана из более твердого металла.

– Подобную скромность можно встретить лишь в человеке обаятельном, мэм, - сказал он, - но я знаю о крестинах не больше вашего. Не кажется ли вам, что безопаснее следовать собственным интересам, туда, куда они ведут?

Раздавшийся за их спинами смех обозначил окончание истории, которую Фрэнсис рассказывал Джону Тренеглосу и Пейшенс Тиг.

– Думаю, вам следует вести себя более подобающе, Фрэнсис, а то нас отчитают. Тот старик смотрит в нашу сторону, - заявила Рут нарочитым шепотом.

– Пока мы в безопасности. Старый кабан всегда ощетинивается, прежде чем броситься в атаку, - ответил Фрэнсис.

Снова раздался хохот.

– Эй, девочка, - обратился он к проходящей мимо Джинни, - у вас есть еще канарское? Я бы выпил еще стаканчик. А ты милашка. Где тебя нашел капитан Полдарк?

Напряжение было почти незаметным, но смех Рут не оставил сомнений в том, как она восприняла вопрос. Джинни вспыхнула до корней волос.

– Я Джинни Картер, сэр. Была Джинни Мартин.

– Да-да, - выражение лица Фрэнсиса немного изменилось.
– Теперь припоминаю. Ты некоторое время работала на Грамблере. Как твой муж?

Лицо Джинни прояснилось.

– Прекрасно, сэр, благодарю, насколько... насколько мне...

– Насколько тебе известно. Думаю, время для вас обоих пролетит быстро.

– Спасибо, сэр, - Джинни присела в реверансе, всё еще пунцовая, и двинулась дальше.

– Вы проявляете слишком мало интереса к своей крестнице, Фрэнсис, - сказала Рут, которой надоело, что Фрэнсис изображает доброго сквайра.
– Дитя озадачено вашим отсутствием. Уверена, что ей хотелось бы глотнуть канарского.