Шрифт:
– Да.
Здесь, вдали от нависающих деревьев, было светлее. Он мог разглядеть влажный блеск её нижней губы.
– Что вам нужно?
– Я собирался вам помочь.
Он взял ведро, зашел на середину ручья, где пролегал узкий канал, наполнил ведро и отнес его девушке.
– Почему ты тут крадешься в столь поздний час?
– резко спросила она
– Похоже, мне понравилось, что вы сегодня делали. Мне... понравился спектакль.
– Ты живешь... в этом доме?
– Нет. За ним.
– Где?
– Дальше в долине - в Меллине.
– А чем занимаешься?
– Я-то? Я шахтер.
– Работенка так себе, правда?
– Карен, содрогнувшись, повела плечами.
– Мне... понравился спектакль.
Карен искоса посмотрела на него, оценив его габариты, мощные плечи. Разобрать выражение его скрытого тенью лица она не могла.
– Это ты выиграл в борьбе?
– Но...
– Марк кивнул, не выдав своей радости, - тебя же не было...
– Да, там меня не было, но я слышала.
– Этот спектакль...
– начал он.
– Ах, этот, - она надула губки, повернувшись так, что её профиль силуэтом выделялся на фоне более светлого неба.
– Тебе понравилось, как я играла?
– Да.
– Не сомневаюсь, - спокойно произнесла Карен, - я ведь хорошенькая?
– Да, - выдавил из себя признание Марк.
– Тебе лучше сейчас уйти, - посоветовала она.
– А ты, - Марк заколебался, сжимая и разжимая ладони, - не останешься немного со мной поболтать?
– Для чего?
– тихо рассмеялась Карен, - Я могу провести время и получше. Кроме того, меня удивляет твоя просьба. Уже очень поздно.
– Да. Знаю.
– Тебе лучше исчезнуть, прежде чем меня хватятся.
– Ты будешь завтра вечером на Грамблере?
– О да, полагаю.
– Я там буду.
Карен развернулась и подхватила ведро.
– Я донесу, - предложил Марк.
– Что? В лагерь? Не нужно.
– Найду тебя завтра.
– И я тебя найду, - беззаботно бросила через плечо Карен.
– И в самом деле?
– Да... возможно, - донеслись до него слова. Карен ушла, звяканье ведра затихало по мере её удаления.
Марк немного постоял.
– Договорились!
– крикнул он, потом повернулся и под мягким светом звезд пошел домой. Его и без того широкий шаг был еще размашистей обычного, а осторожный, неторопливый и непоколебимый разум плавал где-то в неведомых морях.
Глава шестая
Несколько дней спустя Демельза в молчании поглощала завтрак и строила планы. К тому времени Росс уже знал, что ее молчание во время трапезы - признак зловещий. В течение нескольких дней после катастрофы, произошедшей во время празднования крестин, Демельза была подавленной, но это состояние уже прошло. Хотя она глубоко погрузилась в раздумья, природа брала своё.
– Когда ты думаешь навестить Джима?
– спросила она.
– Джима?
– переспросил он, отвлекаясь от мыслей о медных компаниях и их сговоре.
– Джима Картера. Ты сказал, что в следующий раз намереваешься взять с собой Джинни.
– Так и есть. Думаю, на следующей неделе. Если ты сможешь ее отпустить, и у тебя нет возражений.
Демельза взглянула на него.
– Мне всё равно, - смущенно сказала она.
– Ты уедешь на одну ночь?
– У сплетников голоса, как иерихонские трубы, и некоторые будут шептаться о моей поездке в компании со служанкой. Хм...
– Росс замолчал.
– С еще одной служанкой?
– Что ж, это твои слова. Джинни нельзя назвать некрасивой, а они ни в грош не ставят моё доброе имя.
Демельза откинула прядь волос.
– А ты что сам думаешь, Росс?
– Они могут шептаться хоть пока языки не опухнут, что они и делали до сегодняшнего дня.
– Тогда поезжай, - сказала она.
– Я не боюсь ни Джинни Картер, ни старух.
Теперь, когда день определен, следующим на очереди было договориться с Верити. В понедельник утром, когда Росс оказался занят на шахте, Демельза прошла три мили до Тренвит-хауса.
В доме своих родственников по браку она была только однажды, и когда появилась перед его венецианскими окнами и гладкими стенами елизаветинских времен, скромно сделала круг, чтобы войти через заднюю дверь.
Верити она обнаружила в кладовой.
– Я пришла просить тебя одолжить лошадь, дорогая Верити, - начала Демельза после приветствий, - это секрет, и я не хочу, чтобы Росс знал - он собирается в следующий четверг в Бодмин, чтобы навестить Джима Картера, который находится в тюрьме, и возьмет с собой Джинни Картер, поэтому мне не останется лошади, чтобы поехать в Труро, как я хотела, когда Росса не будет.