Шрифт:
– Ну и что с того, что вы сделали ошибку? Лучше говорите, раз уж вы здесь.
– Ничего. Для человека вроде вас от этих слов всё равно прока не будет.
– Я прошу вас, скажите, - Блейми кинул на нее яростный взгляд.
Демельза снова посмотрела на него.
– Речь идет о Верити. Росс женился на мне в прошлом году. Я ничего не знала о Верити до этого времени. Она никогда мне не рассказывала. Я выудила это из Росса. О вас, я имею в виду. Я люблю Верити. Я бы всё отдала, чтобы увидеть её счастливой. А она несчастна. Она так и не оправилась. Она не из тех, кто может с таким справиться. Росс сказал, что вмешиваться опасно. Сказал, что я должна оставить эту затею. Но я не могла бросить это, пока не увиделась с вами. Я... я думала, Верити была права, а они ошибались. Я... я должна была убедиться, что они правы, прежде чем могла позволить себе отступиться...
Казалось, её речь все длилась и длилась, а слова словно были обращены в пустоту.
– Вы еще не женились?
– спросила Демельза.
– Нет.
– Я спланировала сегодняшнюю поездку. Росс уехал в Бодмин. Я взяла лошадей и приехала с Джудом. Мне лучше вернуться обратно - дома остался маленький ребенок.
Она встала и медленно направилась к двери.
Он схватил ее за руку, когда она проходила мимо.
– Верити больна?
– Нет, - сердито ответила Демельза.
– Ей плохо, но она не больна. Она выглядит на десять лет старше своего возраста.
Его глаза внезапно наполнились болью.
– А разве вы не знаете всю эту историю? Они, несомненно, рассказали вам всю историю.
– Да, о вашей первой жене. Но на месте Верити я бы...
– Вы не Верити. Откуда вам знать, что она чувствует?
– Я не знаю, но я...
– Она не прислала мне ни словечка...
– Как и вы.
– Неужели она никогда ничего не рассказывала?
– Нет.
– Тогда это печально... Эта попытка с вашей стороны... это... это вторжение...
– Я знаю, - сказал Демельза, почти плача.
– Теперь знаю. Я думала помочь Верити, но лучше бы и не пыталась. Видите ли, я не понимаю. Если люди любят друг друга, то этого более, чем достаточно, чтобы быть вместе, и неважно, пьют они или нет. Если отец против, это играет определенную роль, но теперь отец мертв, а Верити слишком горда, чтобы сделать какой-либо шаг. А вы... вы... Я думала, вы другой. Думала...
– Вы думали, что я, скорее всего, сижу и хандрю? Несомненно, остальная часть вашей семьи уже давно записала меня как неудачника и пьяницу, пускающего слюни в пивнушках, и нетвердо ступая возвращающегося ночью домой. Несомненно, мисс Верити давно согласились со своим братом-слабаком, будто для всех лучше, что капитану Блейми дали от ворот поворот. Для чего...
– Да как вы смеете говорить так о Верити!
– вскричала Демельза, стоя перед ним.
– Как вы смеете! Подумать только, я перенесла неудобства поездки, чтобы услышать такое! Замышляла, планировала, лгала и одалживала лошадей и так далее. Говорить такое о Верити, когда она сохнет по вам! Боже правый! Оставьте, я ухожу!
– Постойте, - он преградил ей путь.
Его эполеты и золотое шитье больше для нее ничего не значило.
– Чего ждать? Очередных оскорблений? Позвольте мне пройти, или я позову Джуда!
– Это не имеет отношения к вам, девушка, - он снова взял её за руку, - я благодарен вам за все, что вы сделали из лучших побуждений. Я благодарен за ваши добрые намерения...
Демельза дрожала, но с большим самообладанием не пыталась вырвать руку обратно.
На мгновение он остановился, но внимательно посмотрел на нее, как будто пытаясь увидеть всё, что она не сказала. Его собственный гнев вдруг испарился.
– Мы все изменились с тех пор, - продолжил он, - выросли, изменились. Видите ли, все позабыто, уже позади, но оставило горечь. Были времена, когда я разглагольствовал и злословил, если вы понимаете, будь вам это знакомо, вы бы поняли. Когда вы ворошите прошлое, которое лучше не поминать, вы обречены поднять ту пыль, что осела на нем.
– Отпустите мою руку.
Капитан сделал краткий неловкий жест и отвернулся. Демельза напряженно подошла к двери и взялась за ручку.
Она оглянулась. Блейми смотрел на гавань. Она поколебалась еще секунду, и в дверь постучали.
Никто не ответил. Демельза шагнула в сторону, когда ручка повернулась. Это была женщина, что прислуживала капитану.
– Прошу прощения. Чего-нибудь изволите, сэр?
– Нет.
– Ваш обед готов.
– Вы не останетесь со мной отобедать, мэм?
– Блейми повернулся и взглянул на Демельзу.
– Нет. Благодарю вас. Мне лучше вернуться.
– Тогда, думаю, вам стоит проводить миссис Полдарк до двери.
– Да, сэр, конечно, - женщина коротко кивнула.
Болтая, она проводила Демельзу вниз, предупредив, чтобы та ступала осторожно, так как свет достаточно тусклый, а портьера задернута, чтобы ковер не выцвел из-за выходящего на юг окна. Еще она говорила, что денек выдался теплым, и что, может, гроза и прогремит, раз мыс Святого Антония так ясно виден - это дурной знак. Не переставая говорить, она открыла дверь и пожелала Демельзе хорошего дня.