Шрифт:
На улице, щурясь на каменную стену, рядом с которой стоял пони, сидел Джуд. Он обсасывал апельсин, которой стащил с тележки торговки.
– Уже закончили, миссис?
– спросил он.
– Я так и думал, что вы скоро закончите. Ну, оно всё и к лучшему, ага, если-таки разрешается.
Демельза не ответила. Капитан Блейми все еще следил за ней из комнаты наверху.
Глава седьмая
Джулия пустила газы и расхныкалась; Демельза стерла ягодицы, и это ее угнетало. Боль окончательно привела ее в уныние, пока Джуд отводил двух лошадей обратно в Тренвит, а Пруди ворчала над ужином.
Джулия, сытая и в свежих пеленках, заснула, а Демельза в одиночестве впервые за день ела и, кое-как пережевывая пищу, глотала ее большими кусками. Она ненавидела мысль о собственном поражении, но знала, что оно окончательное. Росс был прав. Даже Фрэнсис оказался прав. У Верити никогда не будет надежды на счастливый брак. И всё-таки...
Ну что же...
Из глубоких размышлений ее вырвала Пруди, чья бесформенная фигура разогнала рассеянные мысли, пробив в них брешь, словно распухший Калибан [6] в женском обличье. Она стояла рядом с вареной говядиной и что-то говорила Демельзе, пытаясь завладеть ее вниманием, ворча и стеная, пока, наконец, не добилась своего.
6
Калибан - один из главных персонажей романтической трагикомедии Уильяма Шекспира «Буря», антагонист мудреца Просперо, восстающий против хозяина слуга, грубый, злой, невежественный дикарь.
– Да?
– спросила Демельза.
Пруди уставилась на нее, понимая, что зря надрывалась.
– Были колики, ага?
– Нет, но я слишком устала. И я так сильно стерла кожу, что едва могу сесть. Не знаю, насколько, но стоит только задеть кость, как из меня вырывается стон.
– Здесь нечему удивляться, дорогуша... Я всегда говорила, что лошади не созданы для езды, хошь ты их седлай, хошь нет, с женским седлом или с мужским. Вот запряги их в телегу - и уже другое дело. Но на это и волы годятся, да к тому же те в два раза поспокойней будут. Я ездила верхом на лошади всего лишь разок, когда Джуд привез меня из Бедратана почти шестнадцать годков назад. Ох, что это была за поездка, вверх-вниз, вверх-вниз, одна мука что телу, что костям. Той ночью я всю себя обмазала жиром для осей, могла бы это сделать и пораньше, чтоб кожа не полопалась, ой-ёй. Я скажу, что сделать, чтобы помогло. Как снимете платье, я приду да натру болезные места тем бальзамом, что прикупила на ярмарке в Марасанвосе, ага?
– Нет-нет, со мной все будет в порядке, - ответила Демельза.
– Не стоит. Посплю сегодня на животе.
– Ну, воля ваша. Я-то пришла сообщить, что у кухонной двери поджидает Марк Дэниэл, думает, зайти ему повидаться с вами, или нет.
Демельза встала и поморщилась.
– Марк Дэниэл? Что ему от меня нужно?
– Ничего такого. Он сперва пришел в полдень. Они не дома, говорю, и не вернутся, хозяйка до ужина, говорю, а хозяин и до первых петухов. А он такой, ах, и уходит, а потом возвращается и спрашивает, когда там, я говорила, миссис Полдарк вернется, и я отвечаю, мол, к сегодняшнему ужину, а он разворачивается и уходит, перебирая своими длинными ножищами.
– Он справлялся обо мне вечером?
– Ага, я сказала, что вы как раз ужинаете, и нечего таким, как он, вас беспокоить. Господь милостивый знает, кругом хватает суеты и без всех шахтеров округи, что вздумают наведаться, чтобы скоротать денек.
– Он, должно быть, хотел чего-то большего, - сказала Демельза и зевнула. Она поправила платье и пригладила волосы.
– Пригласи-ка лучше его войти.
Этим вечером ей было очень одиноко, но она чувствовала, что сделала нечто важное. В последний раз, когда Росс уезжал в Бодмин, у нее, по крайней мере, гостила Верити.
Марк вошел, теребя шляпу. В кабинете он казался огромным.
– О, Марк, - сказала она.
– Ты хотел повидаться с Россом? Он не дома и ночует сегодня в Бодмине. Дело не терпит отлагательств или можно подождать до утра?
В вечернем свете и без шляпы он выглядел моложе. Марк наклонил голову, опасаясь удариться о потолочные балки.
– Как бы я хотел, чтобы это было легче объяснить, миссис Полдарк. Я и вправду должен был обратиться к капитану Полдарку еще вчера, но тогда еще ничего не было ясно, а я и помыслить не мог о том, чтобы заявлять о деле, пока оно не сделано. А сейчас - сейчас уже стоит поторопиться, потому что...
Демельза встала, стараясь не скривиться от боли, и подошла к окну. Еще целый час будет светло, но солнце подмигивало из-за западного края долины, и между деревьями углублялись тени. Она знала, что Марк - близкий друг Росса, уступая только Заки Мартину в степени доверительности, и была немного обеспокоена его визитом.
Марк ждал, пока она не заговорит, и смотрел на неё.
– Почему бы тебе не присесть, Марк, и не рассказать мне, что тебя беспокоит?
Демельза оглянулась и увидела, что Марк еще на ногах.
– Так в чем дело?
– Миссис Полдарк, - его мрачное лицо передернулось, - я подумываю жениться.
Демельза с облегчением слегка улыбнулась.
– Что ж, я рада, Марк. Но почему это тебя беспокоит?
– поскольку он не ответил, она продолжила: - И на ком же?
– На Карен Смит.
– Карен Смит?
– Девушка, что приехала со странствующими актерами. Брюнетка с... с длинными волосами и гладкой кожей.
– Ага, - Демельза припомнила, - знаю, - ей не хотелось, чтобы в голосе прозвучало разочарование.
– А она что говорит по этому поводу? Они всё еще здесь?