относительно невелика. Конгресс решил, что заповедники должны составлять не менее пяти — десяти

процентов территории каждого государства. Нужно, кроме того, создавать природные (национальные)

парки, где бы люди могли отдыхать и любоваться живописными ландшафтами.

Но все это — лишь полдела! Слишком уж значительны наши долги природе, чтобы не начать их

отдавать. Иначе человек окажется в роли банкрота — все ресурсы израсходованы, а новых взять негде.

Чтобы этого не произошло, ученые считают нужным в первую очередь «восстанавливать функцио-

нальную роль зеленого окружения». Ведь что греха таить, возле промышленных центров, городов, по-

селков зачастую простираются пустыри. А здесь когда-то тоже росли деревья, травы.

Посадить их снова? Не так это, оказывается, легко и просто. Вмешательство человека изменило со-

став почвы, ее водный режим, да и не всякое дерево сможет жить по соседству с заводом. Нужны, зна-

чит, особые породы деревьев! И ученые ищут их в зеленом арсенале или выводят специально. Вот тут

и пригодились кладовые генов, то есть заповедники!

Такая работа называется «оптимизацией ландшафта» и уже проводится вблизи Москвы, Ленингра-

да и других городов, а также в ФРГ, ГДР, Англии, Чехословакии, Скандинавии... Легко представить,

как меняется местность, если где только можно посажены деревья. Они обступают дома, дополняя ар-

хитектуру, они составляют живописные рощи, причем породы подобраны так, чтобы и летом, и

особенно осенью глаз радовала гамма тонов и красок. Здесь находит место и декоративная яблоня;

когда листва с нее опадает, плоды еще долго продолжают красоваться на голых ветвях. Но главное —

деревья освежают воздух, поглощают из него вредные примеси.

Человек способен стать рачительным хозяином планеты. И для этого у него есть техника и наука.

Это убедительно показал Ботанический конгресс.

Что же нужно человеку еще? Знание и умение всегда «мыслить экологически».

Вот, например, как хочет поставить дело инженер-лесозаготовитель. Сначала деревья валят, затем

разделывают на строительную древесину, дрова и порубочные остатки. После того как лесосека осво-

бождена, сюда приходят корчевальные машины и удаляют пни. Теперь надо местность разровнять и

распахать, а там, пожалуйста, сейте, сажайте молодой лес.

Чем плохо!

Но так, повторяем, мыслит инженер.

А с точки зрения ученого-ботаника, подобная технология никуда не годится. Вместе с поваленным

лесом мы вывозим минеральные питательные вещества, которые деревья извлекали корнями из почвы

и употребляли на «строительство» стволов и ветвей. Значит, почва будет уже не та, которая нужна

молодой поросли! Ведь в природе никто лес не вывозит, деревья падают от старости, отгнивают и

возвращают почве то, что взяли из нее за свою долгую жизнь.

И еще одно. Сообщество растений обычно бывает приурочено именно к данной местности (кли-

мат, почва). Не всегда, значит, завезенные извне саженцы или семена будут чувствовать себя хорошо,

могут даже не прижиться.

Или вот еще пример. Проектирует инженер плотину. Но вот она построена — и возникло светлое

искусственное озеро, где намечено развести рыбу.

Однако какая тут может быть рыба! Вода, затопив берега, растворила содержащиеся в почве

органические и минеральные вещества, ее химический состав изменился — и озеро «зацвело», а

попросту говоря, загнило.

А все потому, что инженер еще не научился «мыслить экологически» — понимать, к чему порой

приводит вмешательство в природу: делая одно, можно погубить другое.

Мы стараемся сохранить для потомков прекрасный зеленый мир, но никакие усилия не дадут

эффекта, если все от мала до велика не будут стремиться к тому же. Это ведь касается и мелочей —

чешутся руки сломать ветку или деревцо — а ты и себя останови, и товарища. Поду-

май, каким оно будет, когда ты повзрослеешь.

Живите вместе — люди и растения! Надо соблюдать закон природы: ни один биологический вид

не может начисто вытеснить другой. А человек вытесняет! Себе же во вред! В Англии, например, за