– Спасибо, но я бы не хотела вас беспокоить.

– Какое там беспокойство! Мы живем в деревне, а чаепитие у англичан, как известно, – прекрасный способ приятно провести время.

Кейт втащила коробку в прихожую и оставила ее на полу возле двери.

– Вам с молоком? – поинтересовалась хозяйка.

– Да, спасибо, – откликнулась Кейт.

Дом оказался очень уютным; черный ход выходил на залитую светом оранжерею. Здесь было множество удобных кресел, всевозможных безделушек, подушечек и салфеточек, а также поистине огромная коллекция фарфоровых статуэток. Пока мать Джо ставила чайник, Кейт рассматривала фотографии, висящие над камином. Чего тут только не было: пожелтевшие от времени семейные групповые портреты и одиночные фото близких и дальних родственников; парочка очень старых снимков, запечатлевших испуганно уставившихся в объектив младенцев в длинных белых крестильных распашонках; фотография, на которой Джо стояла рядом с мужчиной в инвалидной коляске (наверное, мужем), явно сделанная где-то на отдыхе: на фоне пляжа и бутафорского строения, украшенного табличкой «Белый дом».

– Надеюсь, вам по вкусу очень крепкий чай? Сама-то я другой не признаю.

Кейт обернулась.

– Спасибо, как раз такой я и люблю, – сказала она, принимая дымящуюся чашку. – А я тут любовалась фотографиями вашего семейства. Прекрасные снимки.

– Благодарю вас. В жизни мне повезло, я была очень счастлива, – сказала хозяйка, усаживаясь в кресло. – А теперь вот мы с Джо собрались в дорогу. Пора и мир посмотреть!

– Что вы говорите!

– А разве Джо вам не рассказывала? Она заказала билеты на какой-то увлекательный круиз. Через неделю мы едем в Лондон, там проведем несколько дней в шикарном отеле, а потом – прощай, Англия… на целых три месяца! Южная Африка, Ближний Восток, Египет, Россия, Испания, Марокко…

– Потрясающе!

– Представьте, я ни разу не бывала за границей, всю жизнь прожила в Англии. Но всегда мечтала путешествовать, вот только годы уже не те, чтобы скакать с самолета на самолет. Джо говорит, что мы везде побываем, но каждый вечер будем возвращаться в свою маленькую уютную каюту и пить там спокойно чай. А еще она сказала, что, если вдруг в какой-то день не захочется, можно вообще никуда не ходить, остаться на корабле. Я о таком и не мечтала! Правда, стоит недешево, но мы скопили немного денег. Девать их все равно некуда, так что, я думаю, мы правильно рассудили.

– Когда будете в Лондоне, обязательно сообщите, я навещу вас.

– О, спасибо, вы очень любезны. Мы остановимся где-то в самом центре… в отеле «Белльвью», кажется… или что-то в этом роде. Надо посмотреть, – улыбнулась старушка. – Вообще-то, мы договорились пока никому не рассказывать о своих планах, но я не умею хранить тайны, – призналась она. – А что вы такое привезли Джо?

– Сейчас покажу, – сказала Кейт, поставила чашку, нагнулась к коробке и оторвала упаковочную ленту. – Мы занимались оценкой вещей в доме и в западном крыле наткнулись на одну комнату. Думаю, вы ее знаете. Внутри очень красиво, сплошная позолота, просто потрясающе. Помните такую комнату?

– Но она много лет была закрыта на ключ!

– А теперь ее открыли, и мы нашли там вот эти старые книги. Смотрите. – Кейт протянула старушке одну из книжек. – Многие изданы еще до войны. Помню, какое впечатление они произвели на вашу дочь, – продолжала Кейт. – И мы подумали, что миссис Уильямс будет приятно взять их на память.

– Понятно. – На лице старушки что-то не было заметно особой радости. Может, она не поняла?

– Почти все книги совершенно новые. Похоже, их никто даже ни разу не открывал, – попыталась растолковать Кейт. – И все в отличном состоянии. Думаю, они стоят немало. Например, вот эта, смотрите: «Ветер в ивах», самое первое издание – настоящий раритет.

– Вы очень добры, – без всякого энтузиазма пробормотала хозяйка, кладя книгу на колени. – Но, право, не стоило беспокоиться…

– То есть, конечно, – растерялась Кейт, никак не ожидавшая такой реакции, – если книги вам не нужны… Мы хотели как лучше… Извините…

– Это вы меня извините, милая. Не обижайтесь, но в доме и так очень много вещей, – тихо сказала старушка. – А тут еще дочка переехала, вообще стало тесно. Да и не до чтения нам. – Она вернула книгу Кейт. – Не хочу показаться неблагодарной, но… знаете, вы лучше отдайте эти книги кому-нибудь другому или оставьте их себе.

Странно, очень странно. Эта женщина всего минуту назад так оживленно щебетала, искренне радуясь возможности пообщаться с гостьей, и вдруг замкнулась, даже, кажется, испугалась.

– Очень жаль, – проговорила Кейт, засовывая книжку обратно в коробку. – Я… Вернее, мы подумали, что было бы неплохо…

– Ничего страшного. Мне жаль, что вы зря потратили время. Дорога-то не близкая. – Она отхлебнула из чашки.

Кейт, чувствуя себя полной дурой, тоже взяла чашку.

– Эндслей – такое прекрасное место, – сказала она, пытаясь нащупать нейтральную тему для разговора.

– Да, дом смотрится очень красиво.

– Ваша дочь рассказывала, что вы попали туда, когда Ирэн Блайт вышла замуж.

– Да, я была горничной хозяйки. Это было очень давно.

Кейт лихорадочно соображала, что бы еще такое спросить.

– Наверное, интересно было работать у столь известной личности?

– Как вам сказать, – нахмурилась мать Джо, стряхивая с юбки невидимые пушинки. – В то время все было совершенно иначе, чем сейчас.

Между ними вдруг словно выросла высокая крепкая стена, пробить которую не было никакой возможности. Все это явно было как-то связано с домом, с книгами…