Робби и его отряд, состоящий примерно из пятидесяти воинов, включая Дугласа и двадцать лучших его людей, пересекли границу с Англией у местечка Гретна. Они обошли стороной хорошо охраняемый форт Карлайл и направились на запад, скрываясь в лесах. Они миновали старую римскую стену в Бург-бай-Сэндз рядом с Солуэй-Ферт – местом, где пять лет назад скончался король Эдуард Первый. Шотландцам потребовался почти целый день, чтобы добраться сюда, но до Бруэма оставалось еще двадцать миль.

Несколько лет назад набег так далеко на юг от границы был бы безумием. Но за это время многое изменилось, и прошлогодние набеги Брюса проходили по этим же местам. Тем не менее этот набег был весьма рискованным. Но у Робби было время продумать все детали и учесть все возможные непредвиденные обстоятельства.

Он был готов.

По крайней мере, должен был быть готов. Но каждый час, удалявший его от замка Дугласа, увеличивал его беспокойство и растущее чувство обреченности. Он не мог выбросить из памяти потрясенное лицо Розалин и звук ее голоса.

«Это неправильно… Ты не тот мужчина, который мне нужен… Ты убиваешь всякую надежду на наше совместное будущее…»

Бойд уверял себя, что она говорила это в порыве злости, отчаянно пытаясь заставить его свернуть с его пути, что она на самом деле не имела этого в виду. Но чем дальше отряд удалялся от замка Дугласа, тем больше Робби боялся, что Розалин действительно говорила серьезно. У него было ощущение, что ему на грудь положили что-то тяжелое, и это мешало ему свободно дышать.

Будь она проклята за то, что сделала с ним! Будь она проклята за то, что ему приходится сомневаться в принятом решении! Бойд не мог оставить такое варварское нападение без ответа – Клиффорду придется заплатить за все.

Око за око…

Но Розалин была настолько уверена, черт возьми. Робби снова и снова прокручивал в голове рассказ паренька, пытаясь посмотреть на произошедшее с разных точек зрения. Мальчик узнал плащи нападавших. Люди Клиффорда были там – в этом сомневаться не приходилось, – но остальные детали были менее определенными. Парень был ужасно напуган. В лагере царил хаос. Мальчишка бежал в первые же минуты. Достаточно для того, чтобы понять, что происходит, но сложилась ли у него полная картина?

Робби состроил злобную гримасу. Какого черта он этим занимается? Он, что, ищет повод свернуть с выбранного курса? Розалин делает его слабым, мешает ему сосредоточиться. Если она станет его женой, ей придется смириться с тем, что она не должна вмешиваться в его дела. А она выйдет за него замуж!

Или нет?

«Мой дом… Как можешь ты причинить мне такую боль… Я думала, что ты любишь меня…»

Любовь? Какого дьявола она понимает в любви? Но что-то заставляло Робби думать, что, если он сделает это, он ее потеряет. И эта мысль заставляла его пульс бешено биться – почти в панике.

– Черт возьми! – Он не осознавал, что говорит вслух, пока Дуглас не оглянулся и не посмотрел на него.

Если кто и был мрачнее Робби, так это Дуглас. Робби присутствовал при споре между Дугласом и Джоанной, когда они готовились к отъезду, и понял, что она тоже не одобряет их затеи.

– В чем дело? – спросил Дуглас, оглядываясь. Отряд остановился далеко на юге от римской стены, чтобы напоить лошадей в озере. Было темно. Они планировали немного поспать и продолжить путь утром. Набег был намечен на полдень. Это даст им возможность вернуться под покровом темноты. По крайней мере, таков был план.

– Нам нужно вернуться, – сказал Робби.

Дуглас недоверчиво посмотрел на него:

– Ты решил отказаться от атаки? Черт возьми, Налетчик! Что с тобой происходит? Что она тебе сказала?

– Я не отказываюсь от атаки, – ответил Бойд. – Пока. Но я хочу быть уверенным, что парень правильно рассказал о том, что видел. Нам нужно съездить в ту деревню и убедиться, что там произошло.

Дуглас скептически посмотрел на него:

– Это все из-за девушки, да?

Робби не собирался это отрицать. Но это была не основная причина.

– Брюс рассчитывает на перемирие с Клиффордом, и если имеется хоть малейший шанс сохранить это перемирие, мой долг велит мне это сделать. Невзирая на то что мы ненавидим этого ублюдка.

– А если ты узнаешь, что Клиффорд виноват?

– Мы вернемся.

Послышалось глухое ворчание. Воины были недовольны тем, что их лишают шанса отомстить за то, что было сделано с женщинами и жителями деревни, но Бойд был их командир, и они верили, что он не стал бы менять план без серьезных оснований.