— Гретхен, — услышал Гоген едва различимый голос. Гретхен сидела у него спине, как ведьма. Она обвила его голову руками, и свернула бы ее, но генерал сказал:

— Возьми его живым. — Он смог сразу оценить ситуацию.

Гогена затащили в вагон. Через несколько секунд Гретхен появилась опять. Она увидела Крылова, но уже в последний раз. Автоматная очередь выпустила ей кишки. Крылов перестарался. Он разрядил всю обойму.

Алексей поскользнулся. Поэтому он нечаянно открыл дверь в вагон, а автомат еще не перезарядил. У Гретхен вывалились кишки, к стенам прилипли кусочки мяса, пол был залит кровью, как маслом. Но это спасло Крылову жизнь.

Генерал выстрелил два раза, и только потом понял, что противник лежит. Алексей лихорадочно пытался вставить новую обойму в немецкий автомат. Генерал выстрелил еще раз. Пуля попала в железный косяк и рикошетом отлетела в салон. Это был командный пункт всего поезда.

А обойма все не входила в паз автомата. Генерал сделал шаг вперед и опять прицелился в разведчика. На этот раз он бы точно убил Алексея. Но Гоген застонал и отвлек внимание командира поезда.

Крылов, наконец, справился с обоймой, передернул затвор и короткой очередью перебил генералу руку, которая держала пистолет. Он вполз в вагон.

Гоген был тяжел ранен. Он отвлек генерала, и тот выстрелил ему в живот.

— Держись, — сказал Крылов, — тебя вылечат.

— Как? — прохрипел художник. — Кто? — добавил он.

— Врач есть в бронепоезде? — Алексей приставил ствол к лицу генерала.

— Слово на букву Х — вам, а не врач, — сказал эсэсовец на ломаном русском языке. — Он повернул, уже вставленный ключ и нажал большую красную кнопку слева от себя.

— Что это? — спросил Крылов.

— Слово на П с окончанием на ц — ответил начальник поезда и замолчал.

— Ты, что, русский? Или вас учили только матерным словам?

Генерал молчал.

— Встать!

— Пошел на хуй.

Или его неправильно обучили, или он думает, что мы другого языка не понимаем.

Он ударил генерала автоматом по голове и потащил к выходу. Странно, ему никто не помешал. Где все? А они спешно покидали поезд. Крылов увидел под вагоном убегающие ноги. Их было очень много. И делалось все почти бесшумно. Даже шепота нельзя было различить. И оружие ни разу не звякнуло. Натренированы. Или они были готовы к сигналу выгрузки. Скорее всего, были готовы, подумал Крылов. Он залез под вагон и увидел, что все в плащпалатках, автоматы не наперевес, а за спиной. Как же они стрельбы не слышали? Алексей не знал, что этот командирский вагон имел суперизоляцию. Выстрелов не услышишь.

Связанный генерал лежал в канаве. Разведчик опять полез в вагон. Надо было забрать Гогена. Но не получилось. Художник уже умер. Крылов осмотрелся. Он хотел взять коньяк, шоколад и мясо со стола, но передумал. Загнул у скатерти углы и завязал в узел. Два больших бутерброда с белой рыбой рука сама сложила вместе и сразу отправила в рот. Абсолютно свежий белый батон пружинил под окровавленными пальцами разведчика. Значит, у них здесь, в поезде, и пекарня была. Он уже хотел выйти, но остановился и допил коньяк из хрустального стакана.

Крылов положил скатерть рядом с генералом и опять полез в вагон. Он решил вытащить Гогена. Скорее всего, поезд заминирован и скоро взорвется. Надо его похоронить. Лучше похоронить, чем он сгорит здесь. Вася посмотрел на часы. Оставалось две минуты. И группа разведчиков во главе с капитаном Моисеевым двинет сюда. Еще через минуту они будут здесь. Три минуты.

Он потащил Гогена. И тут появилась еще одна телохранительница генерала. Она сходу ударила Крылова ногой в лоб. Хорошо еще, что он успел немного отклониться. Разведчик упал.

— У вас у всех такая привычка, бить сразу в лоб? — спросил он. Автомат был на спине. А пистолета у меня никогда и не было. Стоп! Разведчик вспомнил. Он забрал блестящий пистолет у генерала. Только куда его положил? И остались ли в той обойме патроны?

Крылов сунул руку в карман.

— Что? — спросила девушка по-немецки.

— Нет ничего. — Он хлопнул себя по карману. — Пустой.

— А второй?

— Второй? — разведчик вытащил блестящий пистолет генерала.

— Я размозжу тебе голову! — крикнула девушка.

— Ты узнаешь этот пистолет? — спокойно спросил Алексей.

— Это пистолет генерала, — сказала она.

— Если ты выстрелишь, он тут же будет убит.

— Где он?

— В канаве, рядом с вагоном.

— Брось пистолет и иди вперед!

— Нет. Алексей нажал на курок. Но раздался только звонкий щелчок.

Под конвоем эсэсовки в форме капитана русских войск Крылов вышел на откос.

— Ну, где он?

— Внизу!

— Не ври, там нет никого. Генерал! Генерал! — она пыталась в темноте разглядеть генерала.