— Нам, что, ее руками ломать?

— У нас нельзя со своим, — ответил официант.

— Ладно, убери, — сказала Альбина. — Потом съедим. У меня есть деньги.

Пока готовили заказ, Альбина пыталась понять, как Лариса отсюда попала в Чечню.

— А ты можешь спросить у поваров про пирожки?

— Что я могу спросить?

— Ну, спроси, жарили они для тебя пирожки?

— Валера, налей мне вина — сказала Лариса.

Охранник опять вытащил оплетенную бутыль. Он налил всем по полному фужеру. Но выпить они не успели. Подошел официант и сказал, что свое пить нельзя.

Валера налил еще один фужер и подал официанту.

— Возьми себе, после работы выпьешь.

— Меня точно выгонят из-за таких клиентов. Ну, ладно, я возьму. Надеюсь, у вас только одна бутылка с собой?

— Одна, — ответил Валера.

— Я могу отнести вашу колбасу на кухню, там порежут. Правда, немного придется оставить поварам, — добавил официант.

— Спасибо, не надо, — сказала Лариса, — я сама схожу.

Официант ушел. Они выпили по полфужера.

— Ты меня за ненормальную принимаешь? — спросила Лариса и вытерла салфеткой рот. — Как я им скажу про пирожки? При мне… — она запнулась. — А почему ты думаешь, что я здесь… При чем здесь этот кабак?

— Он называется Сказки Андерсена?

— Да.

— Значит, это именно тот самый кабак, откуда ты пирожки к бабушке носила. Я детектив. Знаю.

— Ты здесь выспрашивала? — спросила Лариса. — Когда только успела? Это было больше недели назад. Да, это тот самый ресторан. Его я должна была купить. Не знаю, как ты это могла узнать. Здесь ведь были не в курсе. Я стажировалась инкогнито. Может, ты давно за мной следишь? Ты кто такая? Зачем ты за мной следишь?

— Я просто новый Шерлок Холмс, — спокойно ответила Альбина. — И добавила: — Я могу все узнать.

— Кроме непознаваемого, — сказал Валера.

— Еще один Лобачевский, — сказала Лариса.

— Эйнштейн воровства в Универсаме, — сказала Альбина.

— Я Эйнштейн? Это ты Эйнштейн, а я…

— Ладно, ты просто охранник Универсама. Налей еще и я пойду на кухню.

Они еще выпили. Без закуски. Вот работают. Лариса спустилась на первый этаж. Работал как раз Русик. Впрочем, он работал каждый день.

— Вы че, ассорти мне не сделали? — спросила она сходу.

— Какое? — спросил Русик. — Нам никто ничего не говорил.

Оказалось, что заявка упала под холодильник.

— Вот, я же вам объясняла, надо заставлять официантов не только писать, но и все говорить. Мы уже по два фужера вина выпили, а фруктового ассорти как не было, так и нет. Кстати, порежьте еще вот эту колбасу. — Она прошлась по кухне. Как спросить про пирожки? Да пусть думают, что хотят. Глупо вообще-то спрашивать про пирожки, которые здесь никогда не пекут. Фритюрница есть, но в ней готовят только картофель фри. — Пирожков нет?

— Что? — спросил Русик и подал ей две большие тарелки нарезанной колбасы. Лариса решила идти ва-банк. — Ты мне пирожки жарил?

— Когда?

— Не знаю. Наверное, когда я здесь работала.

— А ты здесь работала? — Лицо у Русика было совершенно серьезное.

— Да ну тебя. — С тарелками в руках Лариса пошла к выходу. Она прошла дверь и заглянула в окошечко раздачи. Она ждала смеха, улыбки, но лицо шеф-повара было серьезно. Он выдержал ее взгляд.

Лариса была настолько удивлена, что даже не заметила подмену. На тарелках был дешевый сервелат. А ее сырокопченая колбаса осталась на кухне. Это заметил Валера.

Он сразу набросился на Ларису:

— Ты что принесла? Где колбаса? Это не сырокопченая.

— Вот подлецы! — воскликнула Лариса. — Они не нарочно. Просто это уже рефлекс.

— Да-а, — протянул Валера, — сюда даже со своим прийти нельзя.

— Они не получат зарплату, если будет недостача. В общем, чего я буду вам рассказывать. Ясно, что здесь надо не просто всех разгонять, надо менять систему. — Она помолчала. Потом продолжала: — А про пирожки им ничего не известно.

— Странно, — сказала Альбина.

— Странно только то, что я удивилась такому ответу. А ведь другого не могло и быть. Хорошо еще, что я не спросила этого шеф - повара про Красную Шапочку.

— Про какую еще Красную Шапочку? — быстро взглянула на нее Альбина.

— Ну, ты сама говорила мне про Красную Шапочку… — Лариса перестала жевать банан. — Разве нет?

— Что-то я не помню. Мы должны попасть в подвал. Здесь есть подвал с пустыми бутылками?

— Не знаю. Но пройти туда можно. Спуск находится рядом с кухней. Дверь налево.