— И как вы отсюда собираетесь дальше?

— Вообще-то я не очень хорошо знаю свойства Дороги, но слышал, что время от времени на ней попадаются города, где сходятся грани. Оттуда можно добраться до своего дома. А вы разве не так?

— Да я пока толком не знаю, — честно признался Мирон. — Вот Саша у меня проводник. Можно сказать — лоцман. Как скажет — так и буду поступать.

— Если хотите, можем вас подбросить до ближайшего города. Только будет две просьбы.

— Какие?

— Взять на себя заботу за лошадью. Мне с одной рукой управляться трудновато. А у ребят… как вам объяснить… они не переносят запаха лошади…

— Соглашайтесь, Мирон Павлинович, — в голосе Сашки Мирон уловил недовольные нотки, которые мальчишка тщательно пытался скрыть. — А я пойду посуду помою.

— Ну, раз Саша так говорит — значит, я согласен, — подвел итог разговору Мирон.

Над поведением Сашки, конечно, следовало хорошенько подумать, а еще лучше — как-нибудь поговорить с ним наедине. И не откладывать разговор в долгий ящик, но и излишне торопиться тоже не стоит. К тому же просто интересно было отдать инициативу самому мальчишке: скорее всего, он заметил что-то такое, чего Мирон по неопытности обнаружить не мог. Пока что Сашка оставил решение за собой, но, вероятно, проблема не требовала срочного решения и несколько позже, возможно, мальчик все объяснит, а то и попросит совета.

Казачонок с глиняными мисками в руках растворился во тьме, отправившись к ручью. Девочка принесла из повозки большую корзинку, в которую стала собирать недоеденные фрукты, мясо и яйца. Эльф понемногу ощипывал виноградную гроздь, виноградины были мелкие и темные, внешне напоминающие сорт "дамские пальчики". Мирон оторвал несколько ягод с другой грозди, попробовал. Виноград оказался терпким и очень сладким.

— Скажите, Мирон Павлинович, — неожиданно спросил эльф. — Как Вы попали на Дорогу? Не похоже, чтобы Вы были магом.

— А я вовсе и не маг, — врать в наглую новому знакомцу смысла совершенно не имело. Если верить сказкам, то эльфы в магии собаку съели, и не одну. — И сюда попал, можно сказать, случайно: меня Саша привел.

— Он койво?

— Думаю, что да.

Это слово попадалось Мирону при работе над проектом "Желтый Дракон". Койво — так называли детей, обладающих каким-то особым, таинственным даром. Судя по оперативным документам, койво был Олесь Ухов. И Саша Волков вполне мог оказаться койво. Жаль только, что все данные о том, кто такие эти койво и на что они способны, были очень общими и расплывчатыми. С такой информацией много не наработаешь.

— Кстати, раз Вы умеете перемещаться между мирами, то Вы, наверное, лучше меня знаете кто такие койво. Может, поделитесь знаниями?

— Да я тоже раньше мало с ними встречался, — начал было эльф, но, неожиданно развернувшись в темноту, громко спросил:

— Кто здесь?

Пока Рита одевала Кристину, Балис звонил по телефону родителям. Мама взяла трубку после второго звонка, словно сидела рядом с аппаратом.

— Алло.

— Мама, это я.

— Балис, ты откуда звонишь? — голос матери был переполнен тревогой.

— Из дома. Но мы сейчас уезжаем.

— Ты где был ночью?

Несмотря на весь трагизм ситуации, Балис внутренне усмехнулся. Для матери сын остается мальчишкой на всю жизнь, десять лет ему, тридцать или, наверное, пятьдесят. Впрочем, сейчас в этом вопросе была не одна только тревога за сына.

— Дома спал. Я вчера вечером одноклассников встретил, ну и посидели, вспомнили деда. У Женьки Гурского на квартире…

— У Гурского?

— Ну да… Мишка Царев был, Максим Клюгер… — быстро вспоминал Балис фамилии одноклассников. — Перебрали немного… В общем, потом сразу спать лёг. А сегодня просыпаюсь — а мне Рита рассказывает, что случилось… Мама, мне надо срочно уезжать в Севастополь, ты же понимаешь, там сразу начнут интересоваться, что и как.

Несколько секунд трубка молчала. Балис чувствовал, как внутри него нарастает волнение. Его учили контролировать свои чувства в боевой обстановке, но сейчас-то всё было совсем по-другому.

— Понимаю, — ответила, наконец, мать. — Тебя подвести в аэропорт?

— Не надо, — торопливо ответил Балис. — Я такси уже заказал… А… Никто из наших не пострадал?

— Нет, — и у него отлегло от сердца. — Отец был у Парламента.

— Хорошо, мам, я позвоню тебе из Севастополя. Да, ключи от квартиры я занесу соседке, Элеоноре Андрюсовне, папа её знает. До встречи мама.

— До встречи… Береги себя, сын…

Открыв дверь, Элеонора Андрюсовна встретила Балиса таким горьким взглядом, что слова у него застряли в горле. Впрочем, слова были сейчас не нужны. Она понимала, что Балис побывал там, у телецентра, а он — что она это поняла. Несколько мгновений они смотрели друг на друга, и Балис понял, почувствовал её вопрос.