Он не хотел помнить то, как выглядел Джулиан, когда они вошли в Институт, Марк нес Кортану, а Джулиан Эмму, ее кровь заливала его рубашку, ее спутанные волосы были в крови.

Он не хотел помнить, как Эмма кричала, когда хлыст ударял по её спине, и как она перестала кричать, когда рухнула.

Он не хотел помнить выражение лица Кирана, когда Марк и Джулиан мчались обратно в сторону Института.

Киран попытался остановить Марка, положив свою руку на его. Его лицо было бледным и полным мольбы, его волосы – это буйство черного в сочетании с безнадежно синим.

Марк стряхнул с себя его руку.

– Еще раз коснешься меня и ты больше не увидишь своей руки никогда, - он зарычал, Гвин оттащил Кирана от него, разговаривая с ним суровым и одновременно сожалеющим голосом.

– Оставь его в покое, Киран, - сказал он - Сегодня мы достаточно сделали.

Они принесли Эмму в ее спальню, Джулиан уложил ее на кровать, в то время как Марк ушел, чтобы позвать Кристину.

Кристина закричала не тогда, когда он разбудил ее, или даже не тогда, когда она увидела Эмму в ее разорванной и пропитанной кровью одежде. Она просто начала помогать им, она переодела Эмму в чистую, сухую одежду, отыскала бинты для Джулса и смыла кровь с волос Эммы.

– Она будет в порядке.
– Сказала Кристина.
– Она исцелится.

Марк не хотел помнить, как кожа Эммы разорвалась от ударов, или звука хлыста, рассекающего кожу девушки. А также запах крови, смешанный с запахом соленого океанского воздуха.

– Марк ...

Кристина коснулась его лица. Он непроизвольно прильнул щекой к ее ладони. Она пахла, как кофе и бинты.

Ему было интересно, рассказал ли Джулиан ей все: о подозрениях Кирана на счёт неё, про неспособность Марка защитить брата или Эмму.

Ее кожа была мягкой в отличие от его; ее темные глаза, поднятые вверх, были широко распахнуты.

Марк подумал о глазах Кирана, похожих на осколки стекла внутри калейдоскопа, раздробленные и многокрасочные.

Кристина была необыкновенно спокойна. Она коснулась рукой его щеки, ее выражение было задумчивым. Марк почувствовал, как будто все его тело затягивалось в узел.

– Марк?

Это был низкий голос Джулиана по другую сторону двери.

– Тебе стоит зайти к брату.

Кристина опустила руку и ободряюще коснулась его плеча.

– Это не твоя вина, - сказала она - Не твоя. Ты понимаешь?

Марк кивнул, не в силах говорить.

– Я разбужу детей и расскажу им,- сказала она, и отправилась по коридору.

Она шагала уверенно, как если бы она была одета в экипировку, хотя на ней была майка и пижамные штаны.

Марк сделал глубокий вдох и толкнул дверь в спальню Эммы.

Она лежала неподвижно, ее бледные волосы рассыпались по подушке. Судя по её вздымающейся груди, Эмма дышала ровно.

Они нанесли ей усыпляющую, исцеляющую и руну кровопотери.

Джулс все еще сидел рядом с ней.

Ее рука вяло лежала на одеяле. Джулиан приблизил свою руку к ее руке, их пальцы едва соприкасались, но не касались. Его голова была отвернута от Марка. Марк мог видеть только сгорбленные плечи.

Он казался очень молодым.

– Я пытался.
– сказал Марк.
– Я пытался принять удары. Гвин бы не позволил это.

– Я знаю. Я видел, как ты пытался.
– Сказал Джулиан бесцветным голосом.
– Но Эмма убивала фейри, а ты нет. Они бы не отказались от такого шанса – отомстить ей за смерть своих собратьев. И не важно, что ты сделал.

Марк выругался про себя. Он понятия не имел, какими словами он мог бы утешить своего брата.

– Если бы она умерла, - Джулиан сказал тем же пустым голосом, - Я бы тоже захотел умереть. Я знаю, что это звучит неправильно, но это правда.

– Она не умрет.
– Сказал Марк, - Она будет в порядке. Ей просто нужно восстановиться. Я видел, как выглядят люди, когда умирают. Взгляд, который появляется у них на лице. И это не он.

– Я не перестаю удивляться, - сказал Джулиан.
– В этом всё дело. Кто-то пытается вернуть любимого человека, человека, который умер. Это странное ощущение. Будто мы должны отпустить их.

– Джулс, - сказал Марк.

Его эмоции ощущались так остро, как прикосновения бритвы на коже, давно покрытой бинтами.

«Вот что значит быть семьей», - подумал он. – «Чувствовать боль, когда кто-то пострадал. Хотеть защитить их».

– Они забирают жизни. Ты не можешь расплачиваться счастьем за несчастье, или черпать жизнь из смерти.

– Я просто знаю, что если бы они выбрали с самого начала ее, если бы выбрали Эмму, я бы сделал то же самое.
– Глаза Джулиана были испуганными.
– Я бы сделал всё, что нужно было.