Марк медлил.

– Марк, - мягко сказала Кристина, и Марк молниеносно вскочил на ночи, пятясь от Кирана до тех пор, пока не поравнялся с Джулианом, который невероятно сильно сжимал рукоять ножа.

Медленно и болезненно Киран поднялся на ноги и повернулся к находящимся в комнате.

Он был далёк от высокомерного аристократичного воина, которого Эмма увидела первый раз в Святилище. Его рубашка и свободные брюки были окровавлены и порваны, его лицо было покрыто синяками. Он не жался от страха и не выглядел напуганным, но это также не было лицом храбрости, скорее безнадежности: всё в нём, начиная от его одежды и заканчивая стойкой и то, как он смотрел на Марка, говорило о том, что здесь был кто-то, кого не заботило, что случилось с ним.

Дверь библиотеки резко распахнулась, и Тай с Ливви ввались внутрь.

– Всё вышло из строя, - воскликнула Ливви, - все телефоны, компьютер, даже радио...

Она прервалась, увидев сцену перед ними: Киран, стоящий перед остальными, находящимися в комнате.

Киран сделал маленький поклон.

– Я Киран из Дикой охоты.

– Один из делегации фейри?
– Ливви перевела взгляд с Марка на Джулиана, - один из тех, кто мучил Эмму?

Джулиан кивнул.

Тай посмотрел на Марка, затем на остальных. Его лицо было бледным и холодным.

– Почему он всё ещё жив?

– Он что-то знает о Тавви, - ответила Друзилла, - Джулиан, заставь его рассказать нам...

Джулиан метнул кинжал. Он пролетел рядом с головой Кирана, достаточно близко, чтобы задеть волосы, и глубоко воткнулся в оконную раму.

– Ты сейчас же расскажешь нам, - сказал он жутко спокойным голосом, - всё, что знаешь о том, где может быть Октавиан, что происходит, и как мы можем его вернуть. Или я пролью твою кровь на пол этой библиотеки. Я уже проливал кровь фейри. Не думай, что я не сделаю это снова.

Киран закатил глаза.

– Нет нужды угрожать мне, - сказал он, - но если это принесёт тебе наслаждение, то продолжай; мне без разницы. Я пришёл, чтобы рассказать вам то, что вы захотите услышать. Поэтому я здесь. Черный свет, который вы только что видели, является магией фейри. Он предназначен для отключения всех средств коммуникации, чтобы вы не смогли связаться с Конклавом. Чтобы вы не смогли получить помощь и спасти своего брата.

– Мы можем использовать таксофон, - неуверенно проговорила Ливви, - или ресторанный телефон, ниже по улице...

– Тогда вы обнаружите, что телефонные линии оборваны на несколько миль, - ответил Киран.

В его голосе звучала настойчивость.

– Я умоляю вас не тратить время впустую. Фейд забрал вашего брата на пересечение лей-линий. Это место, где он проводит свои жертвоприношения. Место, где он собирается его убить. Если вы хотите спасти мальчика, то берите оружие и идите за ним.

Джулиан оставил открытой дверь в оружейную.

– Пусть каждый вооружится. Если вы не в экипировке – наденьте ее. Диего, Кристина, там, на стене, висит снаряжение. Возьмите его, будет быстрее, чем бежать за своим в комнату. Используйте любое оружие, которое захотите. Киран, ты стоишь прямо здесь, - он указал на стол в середине комнаты, - где я могу видеть тебя. Не двигайся или в этот раз я не промахнусь.

Киран посмотрел на него. Его видимое отчаяние немного ослабело, и в его мимолетном взгляде промелькнуло высокомерие.

– Я верю, - сказал он и передвинулся к столу, в то время как все суетились, выбирая оружие и надевая снаряжение.

Не патрульную экипировку, которая легче, а тяжёлое темное снаряжение, которое надевали, когда думали, что будут сражаться.

Когда знали, что идут на битву.

Они поспорили, идут ли они на пересечение все вместе или Дрю останется в Институте. Дрю громко возражала, и Джулиан не спорил с ней - сейчас Институт не был самым безопасным местом, с разрушенным-то куполом. Киран легко проник внутрь, и кто мог знать, что ещё теперь могло войти? Он хотел, чтобы семья была там, где он мог видеть её. Тем более, что у него не было аргументов по поводу её возраста: он и Эмма сражались и убивали во время Темной войны, и они были намного младше Дрю.

Он отвёл Тая в сторону, и сказал, если тот хочет остаться в стороне от битвы, так как ранен, то в этом нет ничего постыдного. Он сможет закрыться в машине, пока они пойдут на пересечение.

– Ты думаешь, что я не смогу внести свой вклад в сражение?
– спросил Тай.

– Нет, - ответил Джулиан, именно это имея в виду, - но ты ранен, и я...

– Это битва. Мы все можем пострадать, - Тай посмотрел прямо в глаза Джулиана.

Он мог сказать, что Тай делал это ради него, потому что он помнил, как Джулиан сказал, что люди смотрят прямо в глаза, чтобы показать, что они говорят правду.

– Я хочу пойти. Я хочу быть там, помочь Тавви, позволь мне пойти. Это то, чего я хочу и это должно что-то значить.

Сейчас Тай был в оружейной вместе с ними. Это было помещение без окон, похожее на пещеру. Каждый свободный дюйм был увешан мечами, топорами и булавами. Снаряжение, ремни и ботинки были свалены в кучи. Также здесь была керамическая чаша, полная стил, и стол, покрытый тканью, на котором лежали клинки серафима.

Джулиан ощущал рядом своих друзей, свою семью. Он знал, что Марк был рядом, снимая обувь и надевая специальные ботинки. С другой стороны Эмма перекладывала клинки серафима, которые были уже названы и подготовлены, она засунула пару себе за пояс и раздавала остальные. Его мысли следовали за ней, как стрелка компаса, пока она передвигалась по комнате.