Многие учёные мужи уже давно пришли к выводу, что эльфы могут жить неограниченно долго в этом мире. Правда, если только получают всё новые и новые впечатления, ибо с определённого момента состояние их тела напрямую зависит от интенсивности работы мозга. Но ретрограды, следующие заветам предков, принесённым с недоступной более родины эльфов, делали это буквально. Уже на трёхсотом году жизни они начинали готовиться к погребению и последующему перерождению, ограничивая себя во всём, а через десяток — другой лет, действительно сходили в могилу. Причём древними стариками! Хотя известны случаи, когда их соплеменники доживали и до пятисот, а то и тысячи — другой, лет, при этом выглядя так, как будто, только что перешагнули порог зрелости. Самым наглядным примером был дед Гуэня почивший на тысяча двухсотой весне своей жизни. Да и отец жил ненормально долго.

А тут ещё предложение путешествовать вместе. Фактически — приглашение в Чёрное Герцогство. Самую закрытую территорию на этом континенте. И более того — мечту всех детей Эльматерасу.

В отличие от Игоря Гуэнь не сомневался в его происхождении, как и верил в то, что там парня ждёт его семья. Как новатор, он стремился к знаниям и слухи о земле, где эльфы могут жить вечно, ибо что, как не новый мир может подарить острые впечатления и недоступную дома информацию, давно уже ходили в их сообществе. А масла в огонь слухов подливала одна из спутниц Данила Нечаева в его приключениях. Эльфа, в последствии ставшая супругой Герцога — Тариэнь.

Когда она вновь появилась в Царстве Мико, впервые после ухода за Гладь нового мира, её мало кто узнал. Помолодевшая, просто фонтанирующая энергией, ослепительная женщина мгновенно привлекла к себе внимание. Но сколотив небольшую группу из представителей разных кланов, она вернулась в свой новый дом. Те, кто тогда пошел с ней, тоже впоследствии наведались в столицу. Но опять, только лишь для того, что бы забрав родню, увезти её к Чёрным. А вот простым смертным и потенциально бессмертным эльфам, дальше пограничного города, раскинувшегося за замком Лид, ход был заказан. А ведь были те, кто пытался…

И вот этот парнишка, просто так, за компанию, зовёт его в самое желанное и недоступное место в мире. Видите ли, ему одному скучно, и посмотреть достопримечательности местные хочется. Хотя Гуэнь и сам давно уже подумывал закончить карьеру контрабандиста.

В мире было неспокойно и нападение на караван карлов было тому подтверждением. Если Святой Престол взялся потрошить даже этих, никому не нужных по сути, недомерков, соваться туда вновь — будет чистой воды самоубийством.

Мысли снова вернулись в нужное русло. Как сказать брату, что он уходит, и как сделать так, что бы этот резкий, местами грубоватый, но честный и смелый парень остался в живых? Триада очень не любит терять деньги и ещё меньше любит тех, кому нужно отдать их добровольно. И вот тут приглашение составить компанию может сильно помочь. Поехать как эмиссар, при одном из наследников Нечаева, наладить контакты в Чёрном Герцогстве это вполне достойный выход для всех. К тому же неизвестно, сколько времени уйдёт, что бы выйти на нужных людей и обо всём договориться. Может год, а может и десяток, другой, лет. А может быть сотни три и больше…

Эльф настолько ушёл в себя, не забывая, правда кивать и поддакивать Игорю, что в чувство его привёл лишь окрик на родном языке. Они прибыли. Фургон стоял перед ярко красными воротами, что были усеяны рядами позолоченных клёпок, закрывающими вход в родное поместье.

Любой востоковед отдал бы правую, да и левую руки, что бы изучить их и найти различия с теми, что можно было увидеть в мире Игоря. Или же наоборот — схожесть, между позолоченными драконами, украшавшими стены, коньки крыш и сами толстые, квадратные столбы, поддерживающие элегантно изогнутый навес с характерным восточным скатом. Впрочем, о подобном эльф даже и не догадывался.

Один из стражей, отиравшихся у ворот, тот, что и окликнул Гуэня, подошел ближе намереваясь ткнуть его палкой, дескать, проваливай деревенщина. Но тут же остановился и в глазах его появился страх и узнавание.

— Добро пожаловать домой, Гуэнь-таса. Мы ждали вас через пару недель…

— Ши Ли Лун был благосклонен ко мне. Брат здесь? У меня к нему разговор.

— Оябун у себя. Мы немедленно передадим вашу просьбу о встрече, но, что ту делает этот чужак? Он угрожал вам? Нам его убить?

— Не трогать! Это со мной. Пропустите нас.

— Глава будет недоволен. Чужак, да ещё презренный человечишка, на территории дома это недопустимо!

— Я сказал, что он со мной. И с братом я сам всё решу!

Спрыгнув на брусчатку и поманив за собой Игоря, Гуэнь едва заметно поморщился, глядя как тот прилаживает щит особым образом, что бы мгновенно вздеть его на руку. Молот тоже болтался в петле, готовый по первому же сигналу опасности оказаться в боевом положении. Всё это не укрылось от стражей, породив массу ворчания, перешёптываний и ненавидящих взглядов. Но на рожон никто не полез. Главе виднее, Гуэнь-таса его брат вот и пусть решает сам. А пустить кровь чужаку всегда усеется.

Эльф и человек вошли в ворота вместе, плечо к плечу, прямо перед фургоном, что завели на двор шустро подскочившие слуги. В отличие от стражи оружия у них не было, да и запуганный внешний вид говорил сам за себя.

— Подожди здесь. Я переговорю с братом. Извини, но тебе в дом нельзя. Вообще со двора не уходи! Не дай Ши Ли Лун попадёшь на женскую часть! Я и так пошёл на нарушение заветов приведя тебя сюда. И не бойся, пока оябун не примет решение тебя никто не тронет.

— Ну, пусть бы попробовали, — несмотря на браваду, в голосе Игоря были слышны нотки не уверенности. — Давай иди, толкуй с боссом, а то мы так и не пообедали нормально. Да в баньку хорошо бы, с веничком и пивком.