— Молодой Мастер? — с этой восточной витиеватостью, подобное обращение могло значить всё что угодно.

— Естественно. Я видел немногое, но не мог не признать ваше искусство. Пожалуй, в моём додзё разве, что я сам, могу выступить простив вас… но простите, меня опять увело на тропы лишних слов. У вас недавно погиб друг, и с моей стороны крайне бестактно навязывать вам посторонние разговоры.

— Гуэнь… Я не назвал бы его своим другом. Он был хорошим боевым товарищем, но для дружбы дело так и не дошло, — я покачал головой. — Но разница, в общем-то, небольшая. Терять соратников, как и друзей всегда тяжело и привыкнуть к этому невозможно.

Выдохнув, я посмотрел в глаза, как-то выпрямившегося и подобравшегося хозяина дома, и у меня сложилось впечатление, что я говорю что-то не то.

— Но помня о них нужно жить дальше, в том числе и за тех, кто уже не с нами, — быстро добавил я. — Знаете, я не мастак заливаться соловьём на поминках, а потому лучше поговорю с вами про борьбу или рукопашный бой. Но… Я не знаком с вашими погребальными обрядами, однако, всё же, хотел бы отдать долг памяти своему товарищу. Как у нас принято, если, конечно, вы не будете против.

— Несомненно. По обычаю детей Эльматерасу, мы уже провели огненное вознесение, отправив душу Гуэня Шилхеньг Аи на новый круг перерождения. Когда вы поправитесь, я покажу вам, где храниться его прах.

— Думаю, что я уже в порядке, — выгадав паузу, сказал я, действительно не ощущая ни слабости, ни даже лёгкого головокружения, которые должны были быть, после пары дней проведённых в отключке. — Мне бы только приодеться…

— Как вам будет угодно, — он бросил на меня ещё один странный взгляд. — Я взял на себя смелость и достал из фургона ваши вещи. К сожалению, ничего на вашу комплекцию у нас не нашлось. Оставлю вас одного, одевайтесь и я вас провожу. Вам что-нибудь понадобится для вознесения памяти?

— Да… хотя вряд ли вы… А, ладно. Не важно…

— Я всё же настаиваю! — от его взгляда мне стало как-то не по себе.

— Хорошо… — хмыкнул я. — Бутылка водки, два стакана и ломтик чёрного хлеба. Рорим-и…

— Можно без «има», — прервал меня эльф, буквально сверля глазами. — Во-первых, между «мастерами» нет неуважения, и, во-вторых, из уст человека-серентица, наши именные апострофы звучат глупо. Я подготовлю то, что вы просите, у меня имеется крепкое саке из Чёрного Герцогства, а вот с хлебом из тех земель… надеюсь, вы не будете против «тёмного лембаса».

— Не буду… — промямлил я, не выдержав его взгляда.

— Вот и хорошо. Жду вас во дворе, если что-то понадобится, дёрните вот за тот шнурок у двери.

Эльф встал, легко и непринуждённо, словно бы и не сидел всё это время в неудобной позе. Наблюдая за его сильными, уверенными движениями, я невольно проникся уважением. Если что, он может стать очень опасным противником, так что лучше мне держать ухо востро и следить за своим языком.

Да. Этот мир явно изменил меня. Неужели теперь, я всегда буду оценивать всех встречных и поперечных, прежде всего, по боевым качествам? Плохо это или хорошо… посмотрим. Но в данный конкретный момент, если я, конечно, хочу вернуться домой живым — необходимо.

Посидев ещё минуты две, я натянул принесённую мне одежду. Как знал, что она мне пригодится. Приобрёл в Жёлтом Герцогстве комплект, «на выход», так сказать. Не всё время же в коже париться, да железом громыхать. К тому же, всяческие неприятности далеко не всегда грозили мне, а параноиком я вроде бы ещё не стал… Хотя с этими утверждениями можно было поспорить.

Так или иначе, шерстяные, но довольно тонкие штаны и такая же куртка, чем-то похожая на камзол, мне, тем не менее, пригодились. Не знал бы, что всё это сделано вручную, от пряжи до самого последнего шва — не поверил бы. Уж слишком качественно выглядели вещички, совсем не так как представляют себе обычно средневековую домотканую одежду кустарного средневекового покроя.

К тому же, покуда, я аки небезызвестный хоббит, валялся в «эльфийских чертогах», моё брахлишко было выстирано и даже выглажено. Уж и не знаю, каким именно способом. То ли тяжёлыми утюгами на углях, какие использовали у нас в старину, а может и каким магически — кто их этих ушастых разберёт.

Я прям представил, как эдакий классический маг, в длинном халате украшенным звёздами, каббалическими знаками и в такой же расписной островерхой и широкополой шляпой, с длинной белой бородой, размахивает волшебной палочкой над кадкой с бельём, а то само стирается, выжимается и вешается на верёвки, попутно разглаживая складки. Правда, суровый образ как-то сам собой трансформировался в популярного американского мышонка-мутанта с круглыми ушами и лицом, покрытым человеческой кожей. Вспомнилась известная музыкальная короткометражка «Фантазия», в который выше обозначенный персонаж занимался тем же самым.

Усилием воли, я всё же отрастил ему седую бороду и придал лицу надменно-чванливое выражение. Удовлетворённый полученным, поместил результат в ту же сцену и, будто бы наяву, увидел над ним вывеску «Автоматическая прачечная». К уродцу тут же начала выстраиваться очередь из мрачных рыцарей с тазиками полными грязных кальсон и почему то реалистичные утки. Последние тянули за собой узелки с бельём, из которых торчали покрытые розовыми сердечками, панталоны.

— Бр-р-р-р! — я потряс головой, отгоняя навязчивое видение и пробормотал. — Что-то меня, куда-то не туда понесло…