– Все складывается как нельзя лучше, – довольно улыбаясь, сказал по телефону Цыган. – Гатов убит в камере папашкой, потерявшим дочь и внука при аварии вертолета. Так что…

– А Воротникова? – перебил его женский голос.

– Она покоится с миром. Правда, на похоронах не соблюдали святого правила – о покойниках или хорошо, или ничего, крыли ее на все лады. К сожалению, из наших планов ничего не вышло, но хорошо, что так обошлось. А как у тебя?

– Могло быть и лучше, – усмехнулась женщина. – Но чему бывать, того не миновать. Меха готовы?

– Отправлю первую партию через неделю.

– Блин, – проворчал Картечь, – никогда не мыслил, что такое может случиться. Два раза с обрезом брали, и ни хрена мне не сделали.

– Все-таки больше не таскай с собой артиллерию, – наливая в стаканы водку, посоветовал Пузырь, – а то ведь запросто можешь попасть. Менты хорошее быстро забывают.

– А чего менты? – усмехнулся Десантник. – Они его посадить должны были. Ну спас он нас, уложил бандитов, но ведь обрез – и изготовление, и хранение. Выходит, не все менты паскуды, вот и подфартило. Давайте, мужики, за фарт и врежем.

– Говорят, баба эта, которую Денов вывел к метеоточке, – сказал Картечь, – в сопки ушла его искать. Тут базар идет, что Денов ее кормил мясом ее хахаля. Во, блин, дела! И каково теперь бабе?…

– Да чепуха это! – уверенно проговорил Пузырь. – На кой хрен Ваньке свидетель нужен? А ты меньше базарь, не то…

– Хорош, мужики! – остановил его Десантник. – Давайте выпьем. А то глотка пересохла.

Поселок Топь

– Господи, – перекрестилась пожилая женщина, – никак беда в дом Быковых пришла. Отмаялся, видать, Мишка-то. – Она снова перекрестилась.

– Да ты, Авдотья, чего мелешь-то? – недовольно пробурчал старик. – Откуда ты взяла, что он помер? Если б помер, вертолет бы не прислали, чай, не миллионеры Савелий с Варькой, нефтью и газом не заправляют.

– Так Варька-то вона, – кивнула женщина на идущую к вертолету Варвару. Ее держал под руку молодой мужчина, с ними шла женщина в дубленке. – В горе вся и плачет. Значит, сынок ихний преставился. Сколь мучился махонький!..

– Знаешь, Авдотья, что я тебе скажу, – проворчал старик, – вы живете не как люди и даже креститесь по старинке. А за это боярыню Морозову к ответу еще в царское время привлекли. Может, Варька от счастья плачет. А забирают ее потому, что Мишутка на поправку пошел.

– Варвара! – крикнула женщина из собравшейся на околице толпы. – Куда ты и кто это?!

Варвара молча махнула рукой. Мужчина помог ей и женщине в дубленке подняться в вертолет. Вертолет начал подниматься.

– Помер Мишка! – заголосила Авдотья. – Мир ему на…

– Да не голоси, Авдотья, – усмехнулся крепкий мужчина лет сорока. – Варвара прибегла и сказала моей Маринке, что не будет ее с месяц, пусть за домом приглядит да протопить не забывает. Сына ихнего в больницу в Москву забрали. Операция будет. Это, видать, баба та, которую Савелий повел, похлопотала.

– Грехи замолить хочет, – усмехнулся плотный мужик в тулупе. – Все же своего…

От сильного удара в ухо он свалился на снег.

– Ты сначала думай, что говорить-то хочешь! – предупредил его бородач. – За это ведь и прибить можно, и закон ничего не сделает.

– Сам-то вон какое пузо наел! – закричала какая-то женщина. – И не смей полоскать чужую душу, коли своей нетути!

На плотного посыпались оскорбления и угрозы. Поднявшись, он что есть силы побежал к домам.

– Нажалуется он на тебя, Ленька, – сказал кто-то.

– Пусть, – равнодушно отмахнулся бородач, – нечего языком-то лязгать.

Берег реки Оленёк

– Не озябла? – спросил Савелий.

– Нет, – ответила Ирина. – Савелий, ты просил не говорить об этом, но ответь – ела я…

– Я тебе вот что скажу. Кто-то тебя успокаивает, говорит, что нет. Кто-то наоборот. Таких сволочей сейчас ой как много развелося. А ты ответ в себе ищи. Ты была в полузабытьи, почти ничего не помнишь. А вот что помнишь? Что ты ела?

– Это помню отрывками. Мясную кашу, кажется. Жидкая мясная масса. Запах отвратительный и вкус. Я не пробовала такого никогда. В себя полностью пришла в какой-то пещерке, там он варил куропаток. Ловил их, лунки делал…

– Это я знаю. Ну а удивительного не видела ничего?

– Нет. Хотя тогда для меня все было удивительно. Конечно, когда он сказал, что сбежал из лагеря, я испугалась. Потом он обмолвился, что с отцом дважды ел человечину. Я не поверила сначала, а потом вспомнила Петра мертвого и подумала, что он… – Не договорив, Ирина тяжело вздохнула. – Ой, я ошиблась, куропаток он ловил в заимке. Туда он меня тащил и кормил чем-то… Да, так и было. Он меня тащил до своей заимки.