Он немедленно стащил крупный сухарик в белых кристаллах соли. Хруст у него вышел еще мощнее и подозрительнее, чем у меня, а физиономия сделалась такой задумчивой, что я по-дурацки захихикала.

– Действительно, - с чувством согласился “начальник”, с трудом дожевав, и поспешил запить зубодробительный сухарик остывшим чаем. Судя по выражению его лица, ситуацию это не исправило.
– А Вы… - тут он глубоко задумался, оценивающе рассматривая меня, но все-таки закончил: - Не хотите сходить в заведение с… менее оригинальной кухней?

А парень, стоявший за его спиной, вдруг ни с того ни с сего выдал тираду на ирейском. “Начальник” обернулся и перебил его на полуслове, и, судя по резкости тона, ничего хорошего он ему не сообщил.

– Вы пришли вместе?
– растерялась я.
– А почему тогда он не сел за столик?

– Ему по должностной инструкции не положено, - усмехнулся “начальник”.
– Это господин Лэнгли, мой телохранитель. Надеюсь, Вас не смутит его присутствие? Вы же составите мне компанию?
– и улыбнулся так светло, что я мигом забыла про все свои планы и списки.

– Составлю, - согласилась я.
– А как вас зовут? Или вам по должностной инструкции не положено представляться?

– Мне просто не стоит, - поколебавшись, признался “начальник”.
– Знаете… зовите меня Третьим.

– Хорошо, - легко согласилась я и поднялась.
– А почему Третьим? Это шифр агента?

– Нет, - рассмеялся Третий и без спросу забрал мой рюкзак. Впрочем, после полпинты пива на пустой желудок я все равно не смогла бы нести его, не шатаясь.
– Если позволите, я бы не стал распространяться на эту тему. Лучше скажите, где здесь можно найти не слишком многолюдный ресторан с приличной кухней?..

Зачем только спрашивал? Все равно выбрал сам, причем настолько пафосный и дорогой, что я мысленно смирилась с тем, что там мне придется оставить весь остаток отпускных средств. Но отбрыкиваться было поздно, а спорить не хотелось. Все равно билеты я уже купила, а остаток отпуска проведу у родителей, где мне точно не придется голодать, скорее уж наоборот…

Да и “начальник” вел себя вполне корректно, сразу дав понять, что ему, по большому счету, нужно то же, что и мне: просто компания на один вечер, чтобы выговориться, выплеснуть все накопившееся - и разбежаться в разные стороны, чтобы за выговоренное и выплеснутое не пришлось краснеть. Меня устраивало.

В “Феевом кружеве” я никогда не бывала, и обстановка потрясла меня до глубины души. Декораторы не поленились воспроизвести все внешние особенности настоящего обиталища фей: и белоснежные стены, и колонны причудливой рубленой формы, и разноцветные огни в маленьких жаровнях, и шелковые занавеси, скрывающие посетителей друг от друга, - и все это без капли магии! В интерьере не было использовано ни одной иллюзии, и, похоже, часть элементов декора пришлось и в самом деле заказывать в Сейвенхолле.

Я немедленно поделилась своими наблюдениями со спутником, и Третий покровительственно заулыбался.

– Сейвенхолл практически ничего не экспортирует. Почти вся их продукция изготавливается с помощью волшебства и существует только в плотном магическом поле самой аномалии. Но шелк, похоже, и в самом деле фейский, - задумчиво констатировал он, подойдя к указанной хостесс нише со столиком и сцапав занавеску. Я, не удержавшись, последовала его примеру - и немедленно получила все необходимые подтверждения.

– Точно фейский, - жалобно констатировала я, отдернув руку.
– И совсем новый. Простите… а здесь нет столика, не занавешенного шелком?

Хостесс, уже направившаяся к своему месту у входа, притормозила и неуверенно покосилась на Третьего, безошибочно определив, кто тут принимает решения за всю компанию разом. Я виновато улыбнулась и почесала руку. “Начальник”, сообразив, в чем дело, покровительственно усмехнулся и кивнул.

Через пять минут мы уже ожидали свой заказ, гордо восседая на мягких диванчиках в отдельной комнатке, оформленной в том же стиле. От общего зала ее отделяли высокие раздвижные двери - такие же белоснежные, как и остальной интерьер. Господин Лэнгли, попытавшись испепелить меня взглядом, но не преуспев, остался дежурить снаружи, пугая грозной рожей официантов.

Я же тихо ужаснулась количеству столовых приборов. Будь я чуточку более трезвой и спокойной, ни за что бы не созналась, что понятия не имею, зачем нужно так извращаться с сервировкой, но, по счастью, стыд мне отшибло еще в предыдущей забегаловке, и свою проблему я, помявшись, все-таки озвучила. Третий немедленно заулыбался.

– Знаете, я подобную сервировку наблюдаю почти всю свою жизнь, но в вилках и сам путаюсь, - чуть смущенно сознался он.

Я не удержалась и хмыкнула.

– Не верю, - заявила я.
– Но все равно очень мило с вашей стороны дать мне шанс сохранить лицо.