– Наглость - второе счастье, - со смешком прокомментировал Рино.
– Хорошо, забросим.

Я сиятельно улыбнулась и отправилась обратно к планетолету, старательно игнорируя мрачные взгляды пойманных контрабандистов и проваливших операцию агентов. Настроение стремительно шло на поправку.

Может, я и оказалась в итоге пятым колесом, но зато на халяву попаду в Шитонг. Лика обзавидуется!

Глава 6. Шестое чувство

Задница - уникальный своей универсальностью предмет. Через нее можно делать абсолютно все, ею можно чуять, а еще в ней можно оказаться.

Первоначально я собиралась навестить родителей и даже раздобыла билет с датой вылета на третий день отпуска. Из-за канители с обыском космопортов его пришлось сдать, и, хотя теперь я вполне успевала на рейс, вернуть билет не удалось. Это в Раинею планетолеты отправляются полупустыми. А вот из нее…

Словом, вернувшись из Шитонга с увесистым рюкзаком, я обнаружила, что запланированный визит к родителям придется отложить на шесть дней, до следующего рейса.

В научном городке царила привычная сонная атмосфера. Слабый моросящий дождь только усугублял ее. Я прилетела ближе к ночи, дав крюк через Раинею, чтобы купить билет, и встречать меня было некому. Свет горел только в здании исследовательского центра да на вышке космопорта. Остальная часть городка мирно почивала.

Поразмыслив, я отправилась на работу. Сна все равно не было ни в одном глазу, а поделиться впечатлениями и распить бутылку весьма неплохого коньяка, чудом урванную за пристойную цену в дьюти-фри Шитонга, хотелось страшно. Так какой смысл ждать до утра, если можно ввалиться к дежурным прямо сейчас?

Уже на полпути к “Северу” я спохватилась, что Рино предлагал перераспределить транспортную нагрузку на время обыска, и сейчас, вполне возможно, спаивать дежурную бригаду нельзя категорически - а ну как следователи ошиблись и “ласточка” прибудет сегодня?
– но возвращаться было лень. Я решила попытать судьбу.

Судьба, похоже, обиделась. Стоянка была забита под завязку, и мне пришлось оставить свой автофлакс поперек Ликиного, уповая на то, что, если ей вдруг приспичит выехать посреди смены, она уж как-нибудь догадается предварительно отвесить мне пинка. В ячейках на посадочном поле красовались три незнакомых звездолета, и еще один, мигая габаритными огнями, выписывал нисходящую спираль над космопортом, заходя на посадку. Я проследила за его выверенной траекторией, смиряясь с тем, что с коньяком придется-таки повременить, но быстро вспомнила о пирожных из столичной кондитерской и приободрилась.

Первым навстречу мне попался господин Брингейль. Вид у начальника смены был откровенно осоловевший (ну еще бы, целых четыре корабля за день!), но моему появлению он совершенно не удивился. Зато поспешил огорошить свежей новостью:

– С нами “Восток” персоналом поделился. На двое суток. Теперь смены по шесть часов, как положено.

Пожалуй, скажи он, что к нам прилетела делегация фей, я и то ошалела бы поменьше. Последний год все дежурили по полсуток, и ни о каком сокращении рабочих смен даже речи не шло, невзирая на положенные нормы, и прежнее расписание я вспомнила с трудом.

– То есть я как раз на пересменку попала?
– уточнила я на всякий случай.

– Пересменка заканчивается, ребята уже в общаке, - сообщил господин Брингейль и деликатно попрощался, явно не намереваясь стеснять молодежь своим присутствием - особенно когда можно удрать домой вдвое раньше, чем обычно.

Я помахала ему рукой и потопала к блоку служебных помещений. Общаком почему-то все дружно именовали комнату отдыха персонала, где бригада обычно собиралась после своей смены, чтобы собрать глаза в кучку, прежде чем лезть за руль. В течение рабочего времени, впрочем, общак тоже не пустовал, но такого оживления в нем я не заставала ни разу.

– О, Кейли вернулась!
– жизнерадостно заулыбался Рон, вскочив с единственного дивана. Его место немедленно занял незнакомый парень в светоотражающем жилете, прокомментировав сие действо незабвенным: “Попу поднял - место потерял!”. Рон беззлобно фыркнул и поспешил помочь мне с рюкзаком.
– Ого, ты нам столичных кирпичей привезла, что ли?

– Столичные кирпичи - пустотелые, - авторитетно заявила Лика. Ее отец руководил какой-то стройкой недалеко от Шитонга, и подобные ликбезы моя сменщица проводила регулярно.
– А такие тяжеленные изготавливают на другом заводе. Это, должно быть, парочка статуй с фонтанов?

– Судя по запаху, там труп, - разочаровал ее Джок.

– Нет, труп в заднем кармане, - припомнила я. Пахнуть столь подозрительно могли только выжившие на болоте, но бесславно промоченные под столичным дождем носки, которые я предпочла изолировать от остальных вещей.
– А вот в основном отделении все необходимое для поминок.

Лезть в основное отделение Рон постеснялся, но решительно водрузил рюкзак на стол и предоставил мне рыться в нем самой: видимо, опасался, что шутка насчет трупа - не такая уж и шутка. Я не заставила себя упрашивать и вытащила бутылку коньяка (двое незнакомых парней, которым, похоже, предстояло заступать на дежурство, резко погрустнели), коробку с пирожными (тут они снова повеселели) и две плитки горького шоколада, вызвавшие тоску уже у Лики.