Обсудив все свои немногочисленные дела, подружек и планы на будущее мы упоенно отыграли несколько игр на иксбоксе, запивая победы и поражения пивом и закусывая орешками. Тим заканчивал третью бутылку, но был возмутительно трезв, а я все еще отхлебывал малюсенькие глоточки из первой, уже изрядно нагревшейся и выветрившейся, от этого еще более противной и больше налегал на орешки. Тим вообще не настаивал на том, чтобы я пил, но я не хотел чтобы он делал это в одиночку и составил другу компанию. Хоть я почти не пил, пришлось пару раз сбегать в туалет, и это послужило Тимке новым поводом посмеяться надо мной. А один раз мне даже показалось, что я уснул прямо по дороге, потому что из головы напрочь вылетело, как я возвратился назад в комнату.

Весь день я чувствовал в голове легкий хмель, а сейчас он только усиливался, изображение на экране телевизора часто двоилось и наслаивалось. В животе странно булькало, в голове периодически звенело и чувствовал я себя вроде не плохо, но очень странно. В итоге я проиграл большую часть раундов, хотя Тим мне поддавался, видимо желая угодить имениннику, но потом бросил эту затею и разбил меня в пух и прах.

Я потряс головой и пару раз сильно зажмурил глаза. Посмотрел в разные точки комнаты, с ужасом отметив, что вижу как сквозь мутное, потрескавшееся стекло. Потерев глаза ладонями, еще раз оглянулся, но зрение ко мне уже вернулось. Странно как. Видимо стресс, или переутомление.

Тимка по-своему истолковал мои телодвижения и, хлопнув по плечу, сказал:

– Детское время закончилось! Мы, как настоящие ботаны, должны отправиться спатки. В честь этого я дарю тебе свои детские пижамные штаны, ибо свои ты наверняка забыл дома. А то еще вздумаешь спать голым...

Штаны на самом деле оказались донельзя смешными, а ценник с биркой из магазина "Детский мир" указывали, что пижамка вовсе не старая, а совсем новая и специально приобретенная. Маленькие паровозики на них весело пыхтели и словно подмигивали фарами.

– Ты где такой размер нашел?

– Лучше не спрашивай через что мне пришлось пройти, чтобы их добыть. Все ради лучшего друга.

Штаны пришлись впору, рубашка же заканчивалась сразу под грудью, а пуговки не застегивались, придав мне довольно фривольный вид. Я игриво подмигнул Тиму и тот, заржав, отскочил в сторону. Чтобы не испытывать судьбу я скинул рубашку. Впрочем, жарко было даже в одних штанах, но от них я не отказался и с радостью натянул - не хотелось бы напугать ни в чем не виноватую Марфу Петровну, если она внезапно вернется домой и обнаружит голого парня. Хотя, сомневаюсь, что эту женщину может что-то так просто смутить.

Щеголяя в новых штанах, я направился в гостиную, и, как всегда, тормознул около стенки с нишами, в которых стояло множество деревянных статуэток, резных шкатулок и фигурок из мутного стекла. Меня всегда привлекала некая загадочность этих старых предметов, от них словно веяло силой, магией и загадками. Я ткнул пальцем в предмет, который появился тут недавно - я его не видел раньше. Забавная штуковина, с множеством висящих на нем трубочек, они тихонько задребезжали от моего прикосновения, ударяясь друг о друга. Звук, отразившийся в моей голове, был подобен скрежету ногтями по доске, или по стеклу. Очень громкий скрежет и он почему-то усиливался. У меня заложило уши, я с силой зажал их. Какая мерзость!

Тим лишь скривился, придержал рукой странную конструкцию и она резко смолкла.

– Что это? Раньше не видел.

– Гадость какая-то, и звучит также гадостно, - парень брезгливо махнул рукой, - бабуля недавно купила в лавке старьевщика в столице, когда ездила проведать родителей. Ты же знаешь, она любит разные старинные штуки. Если они в придачу странные или уродливые, то бабулиному счастью нет предела. А эта еще и называется паршиво - колокола преисподней.

Я хмыкнул, оценив фантазию автора и рассматривая вещицу.

– Жуть. Зачем оно?

– Я откуда знаю? Может им демонов вызывают?
– сделав страшное лицо и скрючив пальцы Тимка потянулся к моей шее и зарычал, но потом вдруг спокойно сказал, - Оно не рабочее, там детали не хватает, так что мы не узнаем.

– Да ладно, вроде все детали на месте. Звенело оно, по крайней мере, просто отвратительно.

– Не может быть!
– друг вытаращился на меня.

– Эй, ты чего! Свое же сказочки испугался?
– Я засмеялся но, не смотря на недавнее безразличие, Тим подскочил и начал вертеть тарахтелку со всех сторон. На лицо легла тень тревоги.

– Смотри, на всех крючках есть трубочки. Все на месте.

– Странно...

– Да ладно, что тут такого? Обрадуешь Марфу Петровну, что оно само 'починилось'.