"Магией - нет," - отозвался он.

– Доброе утро, господин, - проговорил Лашин.
– Не хотите ли еще клявы?

Я покачал головой.

– Как там двери?

– Боюсь, по-прежнему закрыт?.

– А потайной ход?

– Сударь?

– В таких замках всегда бывают потайные ходы. Их вы проверяли?

– Господин, если здесь такой и есть, он потайной.

– Хм. А если я тут прогуляюсь на разведку?

– Господин, мне поручено попросить вас оставаться здесь, пока не решены сложности с дверьми.

– Прекрасно, - кивнул я, - возражений нет. Ваша просьба услышана.

И протиснулся мимо него, повернув сперва направо, а потом налево, направляясь в сторону кухни и тех мест, что уже успел повидать, чем бы они ни были.

– Сударь?
– Лашин догнал меня, почти отбросив скованную походку.

– Не беспокойтесь, - объяснил я, - просто утром я всегда любил прогуляться. Может, наткнусь на какое-нибудь здоровенное белесое уродливое чудовище и пообщаюсь с ним.

Он сглотнул.

– Я вынужден настаивать...

– Конечно, - согласился я, - я был бы весьма разочарован, если бы вы этого не сделали.

– Пожалуйста, господин.

– Вы действительно не хотите, чтобы я исследовал особняк?

Он кашлянул. Вероятно, пытался придумать, как отметить на этот вопрос, не сообщив мне никакой информации. Кстати, интересный момент. Я ведь, по сути, чем занимался раньше, да и теперь не оставил этого занятия, в отличие от прежней профессии? Вытягиваю информацию у тех, кто ее имеет, а для этого необходимо определить наилучший подход к каждому. Люди - и драгаэряне - на самом деле все разные. С некоторыми работает хорошая взбучка или иная форма "убеждения", других приходится обманывать, третьи легко уступают ласке и уговору. И что кому подойдет, не всегда заранее видно.

Но с Лашином я просто прислонился к стене, скрестив руки на груди, и проговорил:

– Если вы не хотите, чтобы я тут разгуливал, может, поговорим?

Он поерзал на месте:

– Что вы желаете знать, сударь?

Мне, конечно, было интересно понять, почему иногда я "сударь", а иногда "господин", но этот вопрос мог подождать до лучших времен.

– В этом месте полно такого, что я не понимаю, так что просто выберите сами любой момент и объясните его.

– Господин, я...

– Ладно, давайте так. Вы не желаете говорить ни о чем. Каждый раз, когда я пытаюсь что-то выяснить, вы столбенеете как... в общем, замираете на месте и молчите как каменный. Но вот то белесое нечто - странное чудовище, чем бы оно ни было, - я всего лишь сказал, что намерен его поискать, а у вас забегали глаза, левая рука дернулась и, судя по движению кадыка, пересохло во рту. Итак, в чем же дело? Почему именно это для вас личное?

Он невидяще уставился в пространство, но кажется, даже это потребовало определенных усилий. Я поудобнее уперся в стену, улыбнулся и изобразил терпеливое ожидание.

Наконец Лашин покачал головой.

– Что ж, - проговорил я, - как хотите. Вы ничего не обязаны рассказывать мне.
– Я крутанул запястьем, и в мою ладонь скользнул кинжал.

Я мог бы просто извлечь второй из поясных ножен, но трюк с появлением оружия "словно из ниоткуда" обычно дает эффект. Он тихо пискнул и попытался продавить спиной стену - глаза широко раскрыты, губы плотно сжаты, зубы стучат.

– О, не бойтесь, - сообщил я, - я не собираюсь причинять вам вреда.

Он смотрел на меня так, словно не верил этим словам. Зря. Я выпрямился, подбросил кинжал в воздух, поймал его.

– Просто меня сильно расстраивает, когда я не получаю ответов на свои вопросы. Поэтому я, пожалуй, найду лорда Атранта и перережу ему глотку, мне от этого станет легче. Прошу меня простить.

Я сделал шаг, и он воскликнул:

– Нет!

– Хмм?
– я остановился и повернул голову.

– Пожалуйста.

– Тогда расскажите, почему вы так расстраиваетесь, когда я спрашиваю об этом. Я ведь не прошу выдать какую-то военную тайну - просто хочу понять, почему вас это так волнует.

Я, конечно, мог бы сейчас поэтически описать, как я наблюдал за внутренней борьбой в его глазах, и все такое; но - нет. Никакой борьбы. Он сломался.

– Хорошо, - сказал он.
– Это потому, что в том, что случилось, был виноват я.

– Продолжайте, - кивнул я.

Процесс вытягивания информации у того, кто знает, как ее не выдавать, включает в себя, во-первых, поиски нужного инструмента, а потом подходы со всех сторон, так и этак, используя уже известное для получения того, что пока не выплывало на свет. Но с типами вроде Лашина все проще: как только такие начинают говорить, они раскалываются полностью, до донышка, и надо лишь вычленить из потока информации именно то, что нужно, и в правильном порядке. А сейчас мне не пришлось волноваться и на этот счет, из него просто все выплеснулось.