– «Не забудь, – прочитала Габриэль вслух, – двадцать шагов прямо, сорок два влево, и откинуть белый камень».

– Все это мы уже проделали, – с досадой промолвил Меридор, забирая карту. – От причала до бокового входа как раз двадцать шагов. Затем тридцать шагов по подземному переходу…

– И остается еще двенадцать, – сказала Габриэль, направляясь назад, к входу пещеры.

Там она развернулась и, ступая по-мужски широко, двинулась вперед. Джек затаил дыхание.

– Восемь… девять… десять… одиннадцать… Двенадцать.

Габриэль остановилась. Она стояла на том же самом месте, что и во время разговора с Меридором, и по-прежнему со сталактитов сверху стекали прозрачные капли. Но ни возле нее самой, ни где-либо еще не было заметно ни единого белого или хотя бы просто светлого камня. Меридор усмехнулся:

– И что сие значит?

– Сокровище найдет тот, кто умеет считать! – с вызовом повторила Габриэль, глядя ему в глаза. – Сделать сорок два шага и откинуть белый камень.

Носком сапога девушка провела черту по земле, и в ней неожиданно показалось что-то белое. Французы, теснясь, подошли ближе.

– Вот он, белый камень. У меня под ногами.

– Раз-два – взяли!

Белый камень, оказавшийся весьма внушительных размеров глыбой, утоптанной в землю, подкопали со всех сторон, подсунули под него ружья и лопаты и налегли на них, пытаясь сдвинуть его с места. Пиратов, разумеется, к камню не допустили. Им оставалось лишь стоять в стороне под прицелом четырех или пяти французов и с горечью наблюдать за происходящим.

– Как ты думаешь, что там, под камнем? – не выдержав, спросил Макферсон у священника. – Золото или драгоценные камни?

– Лично я согласился бы и на то, и на другое, – ввернул Джек.

– И зачем она им сказала? – сокрушался рулевой, глядя на Габриэль, которая стояла в шаге от них, закусив губу.

– А ты бы предпочел, чтобы нас всех перебили одного за другим, да? – сердито спросила Луиза.

– Так они и так нас перебьют, – простодушно отозвался Макферсон. – Разве я бы стал оставлять в живых того, кто узнал про эдакое сокровище?

Рулевой высказал вслух то, о чем все уже давно думали, и все же его слова были встречены неодобрительным молчанием. Меж тем белый камень никак не удавалось даже пошевельнуть.

– Еще раз! – кричал Меридор. Его глаза горели вдохновенным азартом. – Ну-ка, ребята! Дружно! Налегли!

Наконец камень подцепили, приподняли из ямы, выволокли из нее и откатили в сторону.

– Ну? – крикнул Меридор нетерпеливо, подскакивая к яме. – Что там?

– Ничего, капитан, – в удивлении доложил Лемуан, распрямляясь. – То же, что и везде. Обычные камни и земля.

Потемнев лицом, адмирал обернулся к Габриэль. Вероятно, он готов был сделать что-то ужасное, но в это мгновение сталактиты на потолке пещеры закачались.

– Смотрите! – взвизгнула Луиза.

– Берегитесь, адмирал! – заорал Лемуан.

Французы, забыв о пленниках, бросились врассыпную, и пираты последовали их примеру. Несколько сталактитов отломились от свода и упали на землю, ранив замешкавшегося Тощего Джо и покалечив двоих людей Меридора. Две или три заостренные сосульки рухнули в расположенное сбоку озеро, возмутив его спокойную воду и едва не задев человека, плывшего под водой. Но тем, однако, дело не ограничилось. Внезапно сталактиты перестали дрожать, зато одна из стен пещеры пришла в движение. С гулом и грохотом, вздымая тучи пыли, она осыпалась, открыв в стене пролом, в котором что-то сверкало. Макферсон, оказавшийся к пролому ближе всех, не смог устоять перед соблазном и, высунувшись из своего укрытия, заглянул внутрь.

– Батюшки… – пролепетал он, не веря своим глазам.

Его взору открылась совершенно фантастическая картина. Он увидел груды золотых монет и чеканных украшений, сваленные как попало диадемы, сверкающие драгоценными камнями, и серебряные слитки, сложенные штабелями наподобие дров. Там же был и меч в золотых ножнах, и тяжелые сундуки, в которых, возможно, скрывались еще более потрясающие клады. Огромный мохнатый паук, единственный до сих пор обладатель сказочных драгоценностей, вспугнутый непривычно ярким светом факелов, неуклюже повернулся и бросился бежать вниз по груде монет. За пауком подскакивала и моталась из стороны в сторону его уродливая гигантская тень.

Некоторое время в пещере стояла гробовая тишина. Людей, увидевших несметные богатства, словно охватило оцепенение. Они не могли пошевелиться, не могли даже вымолвить ни слова. Потом, когда все немного пришли в себя, под сводами подземелья зазвенели дикие крики и не менее дикий смех. Адмирал де Меридор стоял, довольно улыбаясь, и глаза его в свете факелов блестели ярче любых драгоценных камней.

Хотя Джек, как и все прочие, был ослеплен сверканием золота, он все же ни на мгновение не забывал о том, какая участь уготована пиратам, если те задержатся возле клада. Пока о пленниках не вспомнили, надо было бежать. Как оказалось, Габриэль придерживалась такого же мнения.