Сектор обстрела этих орудий составлял порядка ста градусов, кормового двести семьдесят. Это позволяло использовать его не только как ретирадное, но и практически без ограничений в бортовом залпе. Ну и угол возвышения, в сорок пять градусов, что в купе с уменьшенным зарядом позволяло вести навесную стрельбу по весьма крутой траектории…

Благодаря собранным сведениям, и пароходам, Иван сумел с вечера войти в Эмбах, и подняться в верх по течению буквально за пару часов. В то время, как самый скорый гонец успел бы сообщить об этом в крепость, он уже начал высадку на берег, и переброску орудий на заранее намеченные позиции.

Впрочем, если кто и мог бы подать весть, то только крестьяне. А они старались в такие дела не лезть. Так что, даже если кто и наблюдал подъем своеобразной эскадры, то предпочел бы как-нибудь получше укрыться. Разумеется имелись и военные посты. Но и они не могли подать весть коменданту крепости, ввиду безвременной кончины, вызванной близким знакомством с лешаками…

Митя обернулся на скрип колес. Ага. Это подошли полковые пушки. А-а не-эт, вон и первая корабельная, которую тянут казаки, что твои бурлаки. Лошадей на все пушки не хватает. По сути, только у полковых пушек и есть конная тяга. Остальную артиллерию переносят буквально на руках.

Вот казачки закатили пушку выше выкопанного окопчика, а затем аккуратно опустили ее в него казенной частью. В результате ствол задрался под невообразимым углом, что твоя мортира. Митя проверил угол возвышения. Вооружился блокнотом и свинцовым карандашом, быстро набросал таблицу угла возвышения и веса заряда. Вручил исписанный листок бомбардиру.

– Вопросы есть?

– Да нет, Дмитрий Архипович. Все как на учениях.

Вполне уважительно ответил казак. И что с того, что он годится этому пареньку в отцы. Образованный и умный человек априори вызывает два чувства, уважение и зависть. Завидовать казак считал для себя зазорным, а вот уважать, это совсем иное. От того и обращение по имени отчеству.

– Верно. Ладно братец, пойду к другим пушкам.

Орудия постепенно занимали свои позиции, и каждое получало свою таблицу для стрельбы. А иначе никак. Как ни старайся, а углы под которыми отрыты окопы, все одно имеют разницу. И даже эти таблицы были не более, как примерными. Просто тут особая точность-то и не нужна. Главное, чтобы снаряд забросило за городские стены. А там, застройка довольно тесная, так что мало не покажется в любом случае.

Примерно в ста саженях от берега реки, сейчас разворачиваются минометные батареи. Двенадцать стволов способны уместиться на небольшом пятачке. Для этой довольно грозной силы оказалось вполне достаточно неглубокой складки, способной только и того, что укрыть от взглядов со стен крепости. Зато, незначительное удаление, способствует накрыть большую часть города. Впрочем, именно она-то и имеет плотную застройку.

Несмотря на близость к городу, находящемуся на противоположном берегу, шведы так ничего и не обнаружили. Да и не удивительно, в общем-то. С одной стороны, минометчики и их прикрытие вели себя тише воды, ниже травы. С другой, в городе сейчас творилось форменное безобразие. Зарево полыхающего пожара, шум и гам, доносящиеся даже до обустраивающихся на позициях.

Установка орудий завершена. Шведы так и не догадались о том, что у них под носом расположился противник. Кстати, предположение относительно того, что крестьяне не станут предупреждать коменданта крепости о грозящей опасности, не оправдались. Благо Иван и не думал расслабляться, а потому лешаки успели перехватить нескольких смельчаков, отправившихся в город.

– И чего ждем, Ваня?- Взволнованно поинтересовался Митя, уже обошедший все позиции пушкарей.

Разве только у минометчиков не был. Ну да, те во-первых, ему не подчиняются, потому как проходят по батальонному командованию. С него идет только обеспечение. А во-вторых, с их практикой, минометчики еще и его кое-чему научат, а где-то даже пренебрежительно отмахнутся. Потому как практика, она и есть практика, подчас неподвластная никаким математическим выкладкам.

– Не Ваня, господин капитан, а боярин, или Иван Архипович. Напросился в поход, так будь добр соответствовать.

– Прости боярин,- стушевался Митя.

Хм. А где-то ведь и обидно. Они-то чай не одни, и тот конфуз видели представители штаба. Хорошо хоть вестовые и охранная сотня находятся в стороне. Впрочем, сам виноват, чего уж там.

– Светает, Иван Архипович,- озвучил общее настроение командир первого батальона майор Жабин.

Угу. Дружок детства. Попробуй такого оставить в стороне. Смертельная обида. И потом, значит командовать захватом Нарвы, это пожалуйста. А как дальше, так охранять уже захваченное? А ведь по хорошему Карпов не собирается допускать шведа до города. Тогда выходит, придется сидеть в тылу? Так что, Артем здесь, под Дерптом. И пусть для пехоты дела вроде как не предвидится. Тем не менее, нетерпеливо бьет копытом землю.

И тут земля под ногами вдруг толкнула в ступни, а над землей разнесся оглушительный грохот. Ну не считал Иван нужным информировать весь штаб о своих планах. Только в части касающейся, и не более.

Ждать второго взрыва никакого смысла. Уж больно не надежны взрыватели, а потому и синхронизировать их срабатывание практически не реально. Но Иван все же выжидал. Прошло не менее десяти минут, прежде чем он наконец отдал команду.

– Трубач, сигнал к открытию огня.

Вот так. Без переговоров и ультиматумов. Просто от всей широты русской души. И плевать, что они сюда прибыли вроде как спасти купцов угодивших в неволю. Если Господь не попустит, выберутся через один из древних подземных ходов. А в остальном…