Нет, понятно конечно, что он отправлялся в этот поход не по своему желанию, а скорее поставленный в безвыходную ситуацию. Если бы отказался от предложения полковника, то непременно навлек бы на себя позор, и всякий голоштанный шляхтич, без кола и двора, или ходящий в поле за плугом, мог бы порицательно тыкать в него пальцем. Вот уж чего он не собирался позволять ни при каких условиях.

***

– О Родион Никифорович. Какими судьбами?

– А ты не скалься. Бросайте сходни, пока не осерчал,- недовольно буркнул в ответ дюжий сержант, командовавший мортирной батареей.

Пирогов был у самых истоков создания этого оружие. Нет, у станка он не стоял, а вот во всесторонних испытаниях принимал участвовал от начала и до конца. И первое боевое применение этих полевых мортир так же было на его руках. Когда же, узнал, что сотник зовет желающих с собой, без особых раздумий последовал за Гришкой. Ну и не прогадал.

Сегодня он командовал одной из двух мортирных батарей. Причем лучшей. Эвон за прошедшие два дня сколько крови ляхам попортили. Только и успевали им гранаты во вьюках подвозить. То на переправе через Утрою покуражились. То из-за болота качественно так накрыли, что только пыль столбом.

Правда вымотались, не без того. И как только эти клятые штурмовики выдерживали? Они ведь все время кружили вокруг ляхов. Постоянно жаля тех, то из карабинов, с приличной дистанции. То подберутся вплотную, и подстрелят по тихому, какого зазевавшегося и отставшего от основной массы. Уже к исходу второго дня, ляхи старались не отходить от колонны ни на шаг.

Гришкиных молодцев вроде как пытались достать. Как он рассказывал, собрали в кучу всех охотников, чтобы они выследили штурмовиков. Да только, замятлинцам не понравилось, что на них кто-то там собрался охотиться на их же земле. Вот они и устроили непрошенным гостям кровавую баню.

Пирогов устало поднялся по сходням на баржу, и только теперь смог оглядеться. До этого из-за наращенных толстыми плахами бортов особо было не рассмотреть. Хм. Оказывается их не просто так подобрали, чтобы переправить на тот берег. Эвон и конюхов отправили восвояси вверх по течению, поближе к Замятлино. Мол там подберут.

– Ну рассказывай Игнат, чего на этот раз удумали?- Устало вздохнул Родион, показывая на выставленные четыре мортирки.

На барже было достаточно места для установки еще одной батареи. Ну и берестяных коробок с минами предостаточно. Не весь арсенал конечно, но минимум по полсотни мин на каждый ствол имелось. Хм. Вообще-то, на складах хорошо как по сотне на ствол осталось. Н-да. И судя по уже имеющемуся опыту, это все же не так чтобы и много.

– Как только ляхи соберутся на переправу, так с реки их и накроем. Боярин удумал.

– Эка. Ну-ну, поглядим,- одобрительно покачав головой, ответил мужчина героических пропорций.

– А чего глядеть-то?- Пожал Игнат.- Принимай всех под начало и командуй.

Паренек лет восемнадцати, не имел боевого опыта и серьезной практики. Но зато обладал живым, любознательным умом и небывалой сметкой. В мортирки, которые все чаще называли минометами, он влюбился сразу и бесповоротно, отдаваясь обучению без остатка. И преуспел настолько, что сегодня уже во всю командовал как сверстниками так и парнями на пару лет постарше.

Впрочем, те ничуть не были против. Дураком нужно быть, чтобы не признать, что Игнат любого с легкостью заткнет за пояс. Да он бы и Родиона… Но у того слишком богатая практика. Игната же дальше полигона пока и не пускали. Разве пару месяцев назад, когда били ляхов. Да и то, Пирогов со всем тщанием проверял наводку, считай сам и наводил.

– Вот значит как. Над всеми поставили главным.

– И кормчий на пароходе тоже под тобой.

– И как ты с ним общаешься?

– Так вот,- показал паренек медный рупор,- вот сюда говоришь, и громко так получается. А вон на ту площадку становиться надо.

Площадок было две. На носу и на корме баржи. Иначе над бортами просто не подняться. Надежно укрывают расчеты, чего уж там. Правда есть еще и редкие бойницы. Но в них не больно-то и рассмотришь. Разве только приписанные четверо штуцерников могли разогнать особо въедливых преследователей.

– Ладно получилось. А пушки что же?

– Пушки те, только на больших ладьях можно установить. Эта баржа больно хлипка для них. Но ладей нынче в Замятлино нет. Вот и решил боярин использовать наши мортиры.

Родион согласно кивнул. Потом поднялся на кормовую площадку и прокричал кормчему.

– Василий, отводи нас от берега, и куда-нить повыше. Да от глаз укрой хорошенько. До завтрашнего дня времени у нас в достатке. Отдыхать будем.

– Понял, сделаем,- раздался в ответ так же усиленный рупором голос кормчего.

– Ну вот что, парни. Выставляем наши мортиры, по установкам второй батареи и спать,- обратился Родион к своим артиллеристам.- Давай Игнат, как ты тут за сторожила, командуй.