Бабушку хоронили на Русском кладбище, рядом с её мужем, моим дедом, Майклом. В самом городе ни одного кладбища нет, зато чуть южнее городской гра­ницы раскинулся целый город мертвых, почти как в Древнем Египте. Километры кладбищ идут одно за другим: муниципаль­ные, на которых лежат все вперемешку, католические разных приходов, японское клад­бище, с огромными каменными памятни­ками-баш­нями, китайские клад­бища, где в день поминовения усопших жгут специальные бумаж­ные деньги, чтобы предкам было на что погулять в загробном мире, два еврейских кладбища, для верующих евреев и для не очень верующих, и много других.

День был туманный, поэтому кругом было очень тихо, туман приглушал все звуки. Кроме нас, на кладбище не было ни души. Пока шли приготовления я немного побродила среди могил, некоторые из которых были датированы нача­лом тридцатых годов. Самые разные люди были похоронены здесь. Ря­дом с памятником Ге­оргиевским кавалерам находилось несколько могил офицеров царской армии. Интересно, - подумала я, - это те, кто приехали сюда сразу после революции или это харбинцы? Из истории я знала, что после того, как в Китае комму­нисты пришли к вла­сти, большая, процветающая ко­лония россиян в Харбине должна была сняться с насижен­ных мест и искать себе нового места на свете. Многие тогда приехали в Сан-Франциско, кое-кто вернулся в Россию, но Сталин не любил лю­дей, которые уже видели мир вне Советского Союза, и мало кто из тех, кто вернулся, выжил.

Вообще, история появления первых русских в Калифорнии относится к XVIII веку, когда русские суда начали заходить в эти края. С начала 1800-х они часто приставали к берегу в том месте, где позже, в 1847, возник Сан-Франциско. Русский холм (Russian Hill) в центре города носит такое название в честь русского кладбища, когда-то находившегося на холме, а первая православная (русско-греко-словенская) церковь была открыта в городе в 1864г. Примерно в ста километрах к северу от Сан-Франциско в 1814-1841годах существовала русская колония Форт Росс – с крепостью, судоверфью, церковью и ветряной мельницей (сейчас это исторический парк штата Калифорния, часть национально-природного парка).

Первым российским консулом в Сан-Франциско был Петр Костромитинов в 1852 году, а первое советское консульство открылось в 1933. Нынешнее здание Генерального консульства России в Сан-Франциско находится в престижном районе Pacific Heights, на Green Street. Интересный факт: Сан-Франциско имеет несколько городов-побратимов по всему свету и один из них – российский город Санкт-Петербург.

Русская иммиграция XX в. состояла из нескольких «волн». В 1900-1930-х это были русские евреи, бежавшие от погромов (начиная с 1880-х), молокане и баптисты. Более значительная, так называемая первая волна иммигрантов прибыла сюда после революции и гражданской войны (это были антикоммунисты); вторая – после Второй Мировой войны (военнопленные из фашистских лагерей, люди, вывезенные на работу в Германию, а также русские из Харбина и Шанхая). Третья волна началась с еврейских отказников в 1970-х и пополнилась после развала СССР в 1991 притоком иммигрантов из бывших советских республик. Русские в Сан-Франциско хорошо ассимилировались и продолжают сохранять национальные традиции, язык, культуру и религию.

В Сан-Франциско находятся шесть православных храмов, включая кафедральный собор в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих радость», принадлежащий Русской Православной Зарубежной церкви, и Свято-Николаевский собор, принадлежащий московской патриархии.

Но вернёмся всё же от истории к русскому кладбищу, на котором хоронили мою бабушку Меган. Памятники тут стоят строгие, никаких изысков. Наверно это просто правила, заведенные кладбищем. На па­мятниках встреча­ется и старая орфография и новая, а фотографии пока­зывают ста­рые моды и древние прически. Красивые молодые женщины улы­баются с соб­ственных надгробных памятников. Такими их хотели помнить. А вот тут как бы между делом стоит надпись: «Родился в России, на Аляске»... Русские жители Аляски очень тяжело приняли продажу Аляски США, тем более, что вскоре после продажи, на Клондайке нашли золото. Возле одной из могил сидела черная кошка и изучающе смотрела на меня. Тут в окрестностях почти нет бродячих кошек, и она не могла быть домашней, потому что на несколько километров вокруг никто не живет. Церковная что-ли?
– подумала я.
– А может чей-то дух? Не знаю, но кошка навеяла на меня чувство, что я пришла в чужой дом без приглашения, ведь это место по праву принадлежит мертвым и тем, кто о них помнит.

В США все похоронные подготовки и организацию захороне­ния бе­рут на себя специалисты и работники похоронных домов. Они проводят и все необходимые обряды. Родственники умер­шего чело­века могут выбрать проведение похорон в любых тра­дициях: католи­ческих, право­славных, мусульманских. Все зависит от вероисповеда­ния умершего и от вероисповедания его родных и близких. На аме­риканских похоронах на лицо покойника принято наносить косме­тику. В какой одежде будет покойный, зависит от того, к какой вере он относится. Если же семья умершего чело­века, да и сам он, явля­ется не слишком верующей, умершего че­ловека одевают в цивиль­ный костюм.

Прощались с бабушкой в специальном зале, оборудован­ном в похоронном доме. Прощание проводилось вече­ром, накануне похорон. Поминать покойников в США не принято, но мы, после похорон, в уз­ком кругу, по русской традиции, помя­нули бабушку. Хотя она и была не русской, но имела непосред­ственное отношение к России.

На следующий день мы с Викой свалились от усталости, а наша «железная мама» улетела в Нью-Йорк, в штаб-квартиру корпорации.

* * *

В Калифорнии уже весна. За два месяца мы побывали в суро­вой российской зиме и в жарком Бразильском лете, вернулись в зиму и окунулись в весну. В голове всё перемешалось, от смены часовых поясов и климатических зон наши организмы отказывались нас слушаться. Провалявшись несколько дней, вставая только по нужде или попить чаю, мы опять падали и провалива­лись в сон. Нам был необходим отдых и покой. На нашей психике также сказалась смерть бабушки и её похороны. Тётя Мэрилин хо­дила в траурных одеждах, нуждаясь в чьей-либо помощи, но помощь могла прийти только от нашей МАМЫ-Гали, и она, как всегда, при­шла вовремя. Поистине, наша МАМА - «железная леди»! Казалось бы, она должна была сва­литься в первую очередь, так нет – Галина без устали пахала, как ломовая лошадь.

Уже через два дня Галина, как ни в чём не бывало, наводила поря­док в доме, ухаживала за нами, ещё и успевала посреди ночи про­водить се­лекторные совещания с Россией. Глядя на неё, и мы под­тянулись, заста­вили себя встать и включиться в активную жизнь. Но МАМА-Галя не позволяла нам ничего делать.

– Поедьте лучше в Чайнатаун! Развлекитесь немного!
– гово­рила она.
– Лида! Ты же всё здесь знаешь! Покажи Викусе город! Отды­хайте, хватит вам дома сидеть!

Делать было нечего, МАМА выперла нас из дома и я по­везла Вику показывать, ставший мне уже родным, город. Я во­дила её местами, которыми ещё недавно сама гуляла, сводила её в мой любимый парк «Золотые ворота», в музее Golden Gate Park показала ей лучшую в мире коллекцию высокогорных орхидей и только поздним вечером мы усталые и довольные вернулись домой.