Дети сидели на закрытых чемоданах и смотрели как несколько десятков молодых парней, но для них всё равно взрослых дядей, подходили к ящикам, доставали оттуда оружие, клацали затворами, снаряжали магазины, обоймы и ленты к пулемётам. Достал я два ящика с «РП-46» по два в каждом. Ящики с пистолетами и кобурами для них, все «ТТ», для всех семидесяти добровольцев. Потом с шесть десятков «ППС» и шесть «СВТ» в снайперском исполнении с прицелами. Амуниция, чехлы для магазинов, даже вещмешки для боезапаса, всё это выдал.

Сразу после перехода парни, а я теперь их называл так, возраст советовал, сразу выставили наблюдателей, так что всё вокруг у нас было под контролем. Когда бойцы и офицеры начали вооружаться, а я выдал им и бинокли, десять отличных биноклей, четыре из них сразу перекочевали наблюдателем, пока остальные вооружались. Те ничего пока не обнаружили, кроме того что по дороге, а у столбов похоже действительно вилась дорога, что-то там пропылило, вроде мотоцикла. Да ещё обнаружили в поле пару точек, по силуэтам брошенные пару месяцев назад во время отступления или подбитые в бою советские танки. Надо будет сходить и посмотреть. Если не отремонтировать, то как металл сгодятся. Я ведь все разбитые корпуса и детали забрал из ремонтных цехов. Мои 3-Д принтеры на кораблях этот металл кушали охотно, изготавливая детали, так что запас карман не тянет.

После того как оружие было разобрано, я убрал пустые ящики и стал доставать тюки с формой, в основном комсостава, всё же большая часть здесь были офицерами. Парни стали одеваться, подбирая форму под свои худосочные фигуры.

Пока они это делали, я достал блок радиооборудования и стал сканировать эфир. Точнее я достал радийную машину, в которой и находился этот блок с высокой телескопической антенной. Покрутил рукоятку и та поднялась высоко в небо.

— Есть что? — подошёл ко мне Тихонов и заглянул в открытую дверь кунга.

Я сидел с наушниками на голове в кузове «Зис-151», радийной машины с мощной антенной. Естественно я сразу нашёл несколько каналов активно используемых, включая «Маяк».

— Что-то не так, — сказал я и, сняв наушники, выглянул из кунга через проём. — Парни, я только что «Маяк» слушал, новости. У немцев полностью вырезан летный и технический состав на нескольких аэродромах. Месть за что-то. Я такого не припомню.

— Я тоже, у нас такого не было, — задумчиво пробормотал Тихонов.

— Вон ведь чего натворили, — с силой ударил себя по колену майор Воронов, в прошлом командир тяжёлого самоходного полка. — Ай маладцы!

До перехода это был настоящий громила весь перевитый мускулами с кулаками, что моя голова, а сейчас худосочный высокий и нескладный парень. Ему ещё наращивать и наращивать массу, так что таким ударом он наверняка себе даже синяка не работал.

— С такими успехами и мы здесь не понадобимся, — сказал капитан Ворошилов, лётчик бомбардировочной авиации.

— Спокойно, товарищи офицеры, — поднял руку Тихонов. — Мы уже здесь, поможем чем сможем. Про контакт с представителями власти Советского Союза забывать не стоит, как и о том, что мы пока на вражеской территории. Капитан Скворцов, вы у нас были офицером связи дивизии, замените Михаила, потом закончите оснащение, сканируйте эфир, мне нужно знать всё, что творится в этом мире. Сразу докладывайте, если узнаете о других изменениях в истории.

— Есть, — бросил тот руку к виску.

На нём уже была пилотка, так что козырять он мог, правда, одеть он успел одни кальсоны. Капитан подхватил галифе и сапоги, видимо они были ему по размеру, потом придерживая автомат, кобура тоже висела через плечо, забежал в кунг, поднявшись по лестнице и сел на моё место, сразу начав работать с радиостанцией. Причём достаточно профессионально, это оборудование ему явно было знакомо, видимо, когда в запас ушёл, оно уже было в армии. Заряда батарей пока хватало, но думаю нужно запустить двигатель машины, чтобы давала нормальный заряд, при активном сканировании батареи быстро садились. Капитан об этом тоже знал, на минуту выскочил и запустил двигатель. Ничего, бак полный, надолго хватит.

Я же, пропустив Скворцова внутрь, спустился на примятую молодую пшеницу и посмотрел на Тихонова.

— Какие планы будут? — спросил он. — Нам нужно срочно к нашим, к правительству. Сейчас пора отступлений, те сведенья, что мы имеем требуется срочно предать в Генштаб, чтобы минимизировать потери.

— Да это понятно, только я пока не хочу демонстрировать никому в этом мире, что появился тут. Сначала найдём укромное место, лучше всего крупный лесной массив, устроимся, а ночью можно будет просканировать орбиту. Поднять туда детей, не хочу ими рисковать, ну и вылетим уже на территорию подконтрольную Советским войскам. Дальше свяжемся с командованием армии. Кстати, советую пока мы в тылу, хорошенько здесь пошуметь, и повоевать. Это будет достаточным доказательством вашей лояльности при встрече.

— Хорошая идея, я тоже об этом думал, — кивнул полковник, осматриваясь. — Нужна техника.

— Этим обеспечу, не проблема, — легко согласился я.

— Пока займусь формированием экипажей.

Когда все семьдесят один офицер и бойцы были одеты, вооружены и снаряжены, я достал один «ИСУ-152», для майора Воронова, у того был с нами личный мехвод, остальной экипаж он набрал из танкистов и самоходчиков. Так же я извлёк из За Пазухи две «Т-34-85» и один «ИС-2». Это максимум, для которых можно было собрать экипажи. Пока те подбирали себе машины, примеривали комбинезоны и шлемофоны, я достал четыре бронетранспортёра «БТР-152», один со спаренными зенитными «КВП». Для этих машин тоже формировались экипажи и десанты из моряков, лётчиков и пехотинцев. Всем этим занимался Тихонов, назначая командиров.