Сквозь толпу протиснулся седой старик. Он был очень похож на доктора Айболита в исполнении Олега Ефремова. Безапелляционно отодвинув в сторону хрипло дышащего Джозефа, старик церемонно поклонился и произнёс:

– Я доктор Лейбович. И от лица всей нашей клиники я прошу вас внять просьбам Анжелики Бельфор и оставить её в Лимпо. Уверяю вас, к моему обращению присоединится весь наш коллектив и кроме того, все те молодые парни, которых эта юная леди уже успела спасти за столь короткое время.

Несмотря на фамилию, доктор Лейбович говорил, смягчая и растягивая гласные, как истинный дикси. Можно было подумать, что он родился где-нибудь в Южной Каролине. Доктор строил фразы в старомодной, многословной манере и слушать его было одно удовольствие. Просто музыка, а не речь. Наверное, пациенты приглашали его даже просто так, поговорить.

– Доктор, я не совсем понимаю, о чём речь. И где сама Анжи?

– Дорогой мистер Стринг. Анжелика в клинике. Как раз сейчас она извлекает щепку из лопатки одного не очень аккуратного лесоруба. И поверьте мне, в данный момент она счастлива.

– Я очень рад за неё. А от меня-то вы что хотите?

– Всего-навсего, чтобы вы позволили этой милой барышне и дальше заниматься любимым делом. Понимаете, дорогой мистер Стринг, я уже, как вы могли заметить, далеко не молод. А посёлок Лимпо растёт. Когда я приехал сюда, здесь стояли только времянки лесорубов, а сейчас здесь две тысячи жителей. И на обе тысячи только один дипломированный врач. На все случаи, от банальной мигрени и до производственных травм. Вы меня понимаете?

Я кивнул, хотя мне ничего не было понятно, и доктор Лейбович продолжил.

– И тут случается чудо. В наш городок прибывает настоящий травматолог. Это именно то, что нужно посёлку, живущему добычей леса. У этой девушки волшебные руки и золотое сердце. Вы бы видели, с какой самоотдачей она работает. И она счастлива. А глаза! Мистер Стринг, вы просто обязаны видеть, какие у Анжелики при этом глаза. Ангельские!

– Доктор...
– полковник хотел вставить своё слово, но старик остановил его взмахом руки. Он явно волновался.

– Пожалуйста, не перебивайте, Джозеф. Итак, мистер Стринг. Девушка хочет остаться здесь и наш коллектив готов предоставить ей жильё и достойную оплату. Кроме того, поверьте, быть врачом в Лимпо - это очень почётно. Поэтому я прошу вас не чинить ей препятствий и позволить заняться любимым, и таким нужным для всех нас, делом.

– Доктор Лейбович, - я выставил руки перед собой.
– Как я могу ей что-то запретить? Она свободный человек. Если Анжи хочет остаться в Лимпо, то на здоровье. Пусть остаётся. Насколько мне известно, её никто нигде не ждёт.

– Так вы не будете возражать?
– казалось, старик озадачен.

– Конечно нет. А вы, полковник, - я повернулся к Окочукво, - хам. Хотите меня застрелить? Мы можем попробовать, у кого получится лучше.

Полковник заёрзал на месте, сквозь болезненную серость щёк пробился румянец. Но тут между нами встал доктор Лейбович.

– Мистер Стринг. Я прошу вас не гневаться. Простите нашего Джозефа. В его подчинении сотня молодых ополченцев, понятно, что он волнуется за их здоровье и боеспособность. А сейчас он всё осознал и с радостью принесёт вам свои извинения, - старик толкнул гиганта локтем в бок.

Полковник насупился, опустил голову и чуть слышно произнёс:

– Извините.

– Вот видите? Инцидент исчерпал себя. Поверьте, мистер Стринг, и Анжелика Бельфор, и мы все вам очень благодарны.

– Не за что, - недовольно произнёс я.
– Передайте, что я желаю ей счастья.

Я сделал шаг назад, церемонно поклонился доктору, получил ответный поклон, и зашагал прочь. Какой-то суматошный сегодня день. А ведь он только начался.

Глава 7

Новая Земля, Дагомея, Лимпо. 24 год, 7 месяц, 03 число. 11:15

Мы с ван Рюйтером сидели друг напротив друга и играли в гляделки. Через три минуты Питер опустил глаза и просящим голосом сказал:

– Забери её, Стринг. У меня же не тюрьма.

– Питер, я не могу. Не сейчас.

– Гена, у меня управление полиции, а не Шоушенк. Здесь даже нормальных камер нет.

– А где же она сейчас сидит?

– В женском обезьяннике. А там нет ни стола, ни стульев, только жёсткие нары и ведро в углу вместо унитаза.

– Женский обезьянник? Это такая камера с решёткой вместо стены? Я как-то не замечал пьяных буянящих женщин в Лимпо.

– Это потому что ты здесь недавно и ещё не видел, как лесорубы напиваются в каждую зарплату.