– Ошеломляющее зрелище, - высказал общую мысль Микола.

Дальнейшему изучению помешала быстро наступающая темнота, да и куратор позвал ужинать. Кстати, ужин впервые за все время готовил Мианор. Поблагодарив за вкусную еду, все разбрелись по палаткам. Завтра предстоял последний день, а потом дорога домой.

Ниора очнулась от того, что замерзла. Откуда-то доносился голос, но разобрать было трудно - уши словно чем-то заткнули. С трудом открыв глаза, девушка обнаружила, что находится в ярко освещенном магическими огнями храме. А над ней возвышается Мианор, выглядевший моложе и немного по-другому, чем обычно. И говорил именно он, обращаясь к статуе.

– Лианель, моя Лианель, наконец-то я ее нашел, - захлебываясь словами, вещал мужчина.
– Потомок крови той девчонки. Помнишь? Ее кровь освободит тебя любимая. И я, наконец-то, я освобожусь от того подобия жизни, на которую обрекла меня Лак-На-Ури. Проклятая богиня давно сгинула, а я все живу, не ведая покоя. Но все закончится сегодня и, возможно, в обители богов мы снова встретимся. Пора.

Мужчина кивнул и достал из ножен на поясе нож с кривым лезвием, второй рукой он приподнял связанную Ниору.

– Прости, девочка, - попросил тихо и приставил нож к ее шее.

– Остановись!
– взвился под своды храма звонкий женский голос. Глаза статуи вспыхнули голубым огнем.
– Остановись, Ронмар!

– Лианель!
– радостно воскликнул мужчина, тем не менее, не опуская нож.
– Наконец-то ты ответила. Столько лет.

– Ронмар, отпусти девочку, - ласково попросил голос.

– Но, любимая, - растерялся мужчина.
– Ее жизнь в обмен на твою душу. Я готов принести эту жертву.

– Я не готова, милый, - заявила Лианель.
– Ничья жизнь не стоит нашей свободы. У меня было время подумать, много времени. Я осознанно решилась обменять свою душу на душу Риори. У меня нет сожалений. И все это - мое заключение в статуе даже после «смерти» Лак-На-Ури, твоя вечная жизнь - это наше наказание за то, что воспротивились воле богини.

– Но как же мы? Ты не сожалеешь, что мы были вместе так мало времени?
– спросил Ронмар.

– Сожалею, - отозвалась Лианель.

– Тогда, тогда я, - мужчина нажал ножом и по шее Ниоры скатилась капля крови.

– Я не прощу тебе этого, - голос Лианель звенел злостью.

– Хорошо, - заявил мужчина и опустил руки. Ниора повалилась на пол. Спустя мгновение он склонился и разрезал веревки, которыми была связана девушка.
– Уходи, - сообщил, глядя в пол.

– Спасибо, - прошелестел голос Лианель. Глаза статуи вспыхнули и угасли, а по каменной щеке скатилась кровавая слеза.

Утром проснувшимся друзьям и куратору бледная Ниора поведала о случившемся ночью. Мианора-Ронмара в лагере не было. Он исчез. Студенты и риан Теони, не раздумывая, собрали вещи и отправились домой. Находиться рядом с храмом им стало неприятно, а продолжать исследования их не мог заставить никакой научный интерес.

А в разрушенном храме осталась стоять статуя, у ног которой лежал нож с кривым лезвием и увядал букет живых цветов.

Когда на землю опустились сумерки, в храме из воздуха соткалась фигура мужчины.

– Доброй ночи, Лианель, - произнес в пустоту, не надеясь на ответ.

Ронмар опустился на пол, привалившись спиной к большому камню - так чтобы видеть лицо статуи, и погрузился в воспоминания. Их знакомство, как раз после поступления в Школу магии. Первый взгляд, преисполненный симпатии. Первое свидание и первый поцелуй. Счастье длиною в три года...

– Скажи, зачем мы сюда вернулись?
– У входа в храм послышался шорох и шепот.

– Потому что оставить все вот так, неправильно. Микола, я тебе уже объясняла.

– Ниора, он хотел тебя убить, - возмущенно прошипел парень.

– Во имя своей любви, - вздохнула девушка.
– Меня бы кто так любил.

– Я люблю, - заявил Микола.
– Поэтому хочу, чтобы ты не рисковала собой и осталась здоровой.

– В том, что я отдам пару капель крови, нет ничего опасного, - сообщила девушка.

– Думаешь, хватит?- усомнился Микола.

– Уверена. Знаешь, когда мысли прояснились после испуга, я перечитала записи и поняла, что смущало меня с самого начала. На плите написано: «кровь девы должна окропить «сердце»...» Но нигде не указано, что при этом жертву надо умертвить. Так и здесь. По словам Ронмара-Мианора, оракул сказал: «пролить кровь». Не убивать.

– Что-то мне мало верится в твою теорию, - проворчал Микола.
– Хочешь сказать, что жители деревни напрасно принесли в жертву девушек?