Шрифт:
– Понятно. Почему Слуга никогда не начинает разговор?
– Сначала я думала, мэм, что ему этого не позволяет подготовка, но потом пришла к выводу, что он просто думает, будто все ненавидят его.
– Эта одежда отвратительна. Ты должна пересмотреть способы ее получения. Но все и ненавидят Слугу, Вайеррэн. Ты хоть представляешь, в чем состоит его работа?
– Мне говорили, - ответила Вайеррэн с таким же каменным лицом, как у Властительницы Третьей, - что он убивает людей по приказу Властителей, мэм.
– Именно, - Властительница Третья оттолкнула по рейкам вешалки с безвкусной одеждой. – Он нечто вроде человека-робота, чье предназначение состоит в том, чтобы выполнять наши приказы. Удивлена, что ему вообще есть что сказать. Годы подготовки должны были совсем лишить его личности. Но полагаю, такое дитя, как ты, не имеет ни малейшего представления, чего стоит подготовить Слугу.
Невыразительное лицо Вайеррэн слегка порозовело.
– Мне двадцать один год, мэм. Я немного слышала о подготовке, мэм. Говорят, готовили шесть детей, и Мордион Эйдженос – единственный из них, кто выжил.
Это стало новостью для Властительницы Третьей. Опять Властитель Первый со своей скрытностью! Она оттолкнула твидовый костюм в другую сторону.
– Думаю, да. Есть у тебя солидо или куб о земной моде, чтобы я могла посмотреть? Ни одна из этих вещей не подойдут.
– Ну, - с сомнением произнесла Вайеррэн, - кубовидение еще не дошло до Земли, мэм. Пока у них есть только два-Д записи и кинопленка.
– Ты уверена?
«О, что за варварское место!» - подумала Властительница Третья.
– Да, мэм. Я всегда тщательно изучаю миры, для которых у меня есть одежда.
«И так же делал Слуга», - подумала Вайеррэн. Именно об этом они в основном и говорили. Обычаи других миров были такими странными. В последний раз, когда Слуга заходил сюда своей уверенной, прогуливающейся походкой, которая на самом деле, если присмотреться, была такой нерешительной, они говорили о Париже, Нью-Йорке, Африке, рукопожатиях, ископаемом топливе, кремневой гальке и, конечно, о верблюдах. Вайеррэн сдержала улыбку, невольно возникавшую при воспоминании об этом. Мордион Эйдженос стоял со свертком нижней одежды в одной руке, своей кроваво-красной униформой окрашивая тени хранилища в алый, и осматривал вешалки с верхней одеждой.
– Что такое верблюд? – спросил он.
И Вайеррэн ответила:
– Лошадь, разработанная комитетом[6].
<