Мальчик уверенно ответил: «Три четверти часа».

Другими словами, всего лишь время для похода по магазинам и возвращение пешком обратно к мотелю.

«Еще один вопрос, - сказала Вайеррэн. – Знаю, это звучит глупо, но когда Баннус всё время перемешивает реальность, я должна спросить. Кем вы меня считаете?»

Четыре голоса ответили одновременно:

«Я считаю тебя Малышкой».

Это было не так бесполезно, как казалось.

«Не Энн Стэвели?» - спросила Вайеррэн.

«Я был озадачен этим именем», - ответил Король.

«Сообщения от тебя не всегда ясны, - сказал ей Узник. – Мешают время, пространство и язык. Но этим я был поставлен в тупик».

«Продолжай историю», - повторил Мальчик.

«Пожалуйста, - попросил Король. – Я хочу услышать еще. В данный момент я присутствую на невероятно скучной церемонии. Полагаюсь на тебя, чтобы развлечь меня».

Как всегда, Вайеррэн сомневалась, могут ли они слышать друг друга. Иногда она была уверена, что не могут, и она должна передавать сообщения между ними. Но, по крайней мере, ее голова теперь вернулась в нормальное состояние.

– Ты мне за это заплатишь! – пообещала она Баннусу.

Он достаточно верно воспроизвел ее путешествие из Дома Равновесия, но вырезал все бесплотные разговоры. Они были единственным спасением Вайеррэн, когда она, нагруженная багажом, плелась за двумя Властителями.

«Подумай о чем-нибудь другом, - предложил Раб. – Я всегда так делаю. Хозяевам доставляет удовольствие наблюдать, как кто-то выбивается из последних сил».

И когда Властитель Первый улыбнулся и сообщил ей свои планы насчет нее, она пришла бы в отчаяние, если бы не Мальчик, парящий в ее голове и говорящий: «Давай, сопротивляйся! Я знаю, ты можешь!» - и Узник, удививший и приведший ее в восторг, внезапно спросив: «Кто этот Плохой папочка?» Вайеррэн годами опиралась своим чувством юмора на такого рода замечания, а во время этого путешествия она с благодарностью опиралась на свои голоса. Даже потрясение от того, как Властитель Первый завершил бедного Заместителя Контролера, немного рассеялось, когда Король сдержанно заметил, что хотел бы, чтобы в его время это было так просто.

Голоса являлись чертой подлинного Властителя. «Мой единственны й путь к славе», - иногда говорила она им четырем. Когда Вайеррэн в первый раз рассказала матери о том, что слышит их, та прямо-таки сходила с ума и хотела, чтобы Вайеррэн осмотрели психиатры. Отец отверг эту идею. После долгого спора, во время которого он заявил, что у детей часто бывают воображаемые спутники и что Вайеррэн вырастет из этого, он увел Вайеррэн в свой тихий кабинет с кондиционированным воздухом. Для Вайеррэн всегда было великой привилегией позволение заходить в отцовский кабинет. И еще большей привилегией стало признание отца: