Огни парка захватывали дух. Разноцветные и мерцающие, они были повсюду, куда бы она ни посмотрела, опоясывали контуры аттракционов, отражались от зеркал и красных, желтых и синих верхушек продуктовых ларьков.

— Словно перевернули небо, и все звезды оказались внизу!

— Да. Ага… да. Кажется, мы на вершине… ух ты. Вау.

Внезапно капсула выровнялась, и все шумы притихли кроме оглушившего ее ветра, поездка стала плавной, когда они миновали легкий поворот.

Селена быстро перевела взгляд на своего мужчину и обнаружила, что, несмотря на темную кожу, он был белым, как призрак.

Она отпустила перекладину и накрыла его руки своими.

— Трэз, давай после этого останемся на земле?

— О, нет, все нормально… я в порядке.

Ага. Точно. Его подбородок напрягся до такой степени, что она забеспокоилась о его зубах, шея, опоясанная воротником черной кожаной куртки, одеревенела. Более того, все тело застыло, и двигалось только его правое колено. Нога топала туда-сюда, вверх-вниз, вверх-и-вниз, вверх-вниз-вверх-вниз-вверх-вниз…

— Уже скоро, — пробормотал он, словно готовился к удару.

Она устремила взгляд вперед как раз вовремя, чтобы увидеть перед собой абсолютное ничто. Только воздух, словно рельсы обвалились и…

— Куда мы…

Свииииииииииииист!

И внезапно они устремились вниз на бешеной скорости, невесомые и парящие.

Селена смеялась как сумасшедшая, разжав хватку и вскинув руки вверх.

— Даааааааа!

Так быстро, воздух сдувал ее волосы, бил в лицо, вжимал в сиденье, потом был резкий поворот вправо, поворот влево, зум-зум-зум, еще один высоченный подъем с вернувшимся «чух-чух», а потом…

— О, Боже! — закричал Трэз.

Вверх по дуге, мир накренился и перевернулся, а потом снова выровнялся. Затем следующая похожая петля, а потом такая, что накренила их вбок.

Напоминало ту поездку домой, только эта была более острая, беззаботная и захватывающая.

— Я могу кататься целую вечность! — кричала Селена, когда они приблизились к очередному витку. — Вечно!

***

— О, Господи, только не снова.

Четыре раза.

Подряд.

И настаивал именно Трэз.

Когда их небольшая тележка ужаса вернулась на платформу, он приготовился к продолжениям пыток.

Селена была в экстазе, и это того стоило… даже кишкообразные петли, перемежавшиеся со взлетами и падениями.

Отчего у него самого случался заворот кишок.

— Давай еще, — сказал он, пытаясь сохранить лицо. Хотя в настоящий момент его руки было невозможно оторвать от перекладины без хирургического вмешательства.

— Нет. Думаю, нам хватит.

— Шутишь? Я в восторге от…

— Мы закончили, — крикнула она машинисту.

— Я сделал фотографии, — сказал человек, опуская рычаг, и невидимый двигатель затих. — Уже печатаются.

Таааак, пора вылезать. Ага.

— Трэз?

Отрывая руки от перекладины, он наблюдал, как поднимается его металлический спаситель, со щелчком фиксируясь над головой.

— Я иду.

Прямо сейчас.

— Иду-иду.

Когда Селена поднялась на ноги, он приготовился последовать за ней. Заставляя себя подняться, Трэз обнаружил, что его ноги онемели от середины бедра и ниже… но на ватных конечностях он как-то умудрился выбраться из капсулы на платформу, не опозорив себя окончательно.

Селена поддержала его, и это прекрасно продемонстрировало, насколько можно полагаться на его способность оставаться в вертикальном положении.

Он услышал, как Селена поблагодарила машиниста. А потом она посмотрела на него:

— Давай сядем на ту скамейку и посмотрим фотографии.

Прежде чем Трэз успел сообразить, он уже сидел на холодном кованом железе и смотрел на фотографии. Селена веселилась на полную катушку, а у него была такая морда, словно все внутренности сжали в тисках. Тем временем, ее рука поглаживала его по спине, выписывая медленные круги.

— Вот, прошу, мадам.

— Большое спасибо. — Она протянула ему что-то. — Не хочешь глотнуть?

Он был слишком выжат, чтобы бросить «я в норме». Просто взял предложенное, приставил ко рту и сделал, как ему велели.

— О, как же хорошо, — выдохнул он, наконец опуская бутылку с газированной водой.

— Имбирный эль. Я узнала о нем от Дока Джейн.

Примерно десять минут спустя, он смог сфокусировать взгляд на том, что было перед его глазами.

— Ты такая красивая, — сказал он, смотря на их фотографию.