Шрифт:
Машина вывернула из-за угла и двинулась по улице.
Когда она проехала под уличным фонарем, Тро увидел, что это был Ролс-Ройс, темный, с фирменным бледным капотом.
А он стоит посреди улицы без транспорта.
Воистину, отсутствие средств было его проблемой.
Как ему управлять ресурсами? Как поддерживать себя, дабы создать коалицию?
К нему пришел ответ, очевидный, словно сама судьба осветила ему путь во тьме. Да, подумал он, это был путь…
Мгновение спустя он вернулся в щедрый особняк Абалона с улыбкой на лице.
Глава 48
Лежа на своей больничной койке, Лукас периодически приходил в сознание, боль волнами прокатывалась по телу, лишая его чувств. Когда стало совсем невыносимо, рукой, на которой еще остались пальцы, он нащупал кнопку вызова и услышал звуковой сигнал.
Дверь резко распахнулась, и Док Джейн влетела в палату.
— Лукас?
— Моя нога, — простонал он. — Болит…
Доктор подошла ближе, проверяя показатели машин, катетер, Бог знает, что еще. — Я принесу кое-что от…
— Инфекция… — пробормотал он, поворачивая голову на бок. — Моя нога…
Он планировал уйти из жизни, медленно зачахнув, но вместо этого, по ощущениям казалось, будто он решил убить себя, войдя в печку… сделав первый шаг с гниющей ноги.
С безумным приливом сил, он сел и начал стягивать покрывала. Док Джейн схватила его за плечи, пытаясь уложить на спину… и в этот момент кто-то еще вошел в комнату. Куин… это был его брат.
— Лукас, Лукас, хватит…
Это был Куин, он подошел к нему, пытаясь схватить за руки, уложить на койку. Это была нечестная схватка. Он был слабым, таким ослабленным, а потом его унесло, внезапное чувство парения заменило жжение в ноге.
Посмотрев в сторону, он увидел, как Док Джейн извлекает иглу из прозрачной пластиковой бутылки, которая соединялась с его рукой.
Лицо Куина нависло над его собственным, его разноцветные глаза были напряжены.
— Лукас, расслабься. Мы с тобой…
— Моя нога…
Болеутоляющее действовало волшебно, успокаивая так, словно его тело поместили в ванну с теплой водой. Боль осталась; он просто перестал замечать ее.
— Становится хуже, — услышал он себя. — Инфекция… я уже должен был умереть.
— Лукас…
Он заметил что-то в лице своего брата, было что-то в тоне его голоса и напряженности губ и глаз.
— Что, — спросил он. — Что?
Куин посмотрел на Дока Джейн, надеясь получить пресловутую эвакуацию из опасной зоны.
— Лукас, — сказал его брат. — Мы должны были спасти тебя.
Спасти его? Но в этом и был смысл. Он хотел уйти.
— Что?
— Я сказал ей, что она может ампутировать твою ногу. Чтобы спасти тебе жизнь.
Лукас замолк. Ему, конечно же, послышалось, болеутоляющие исказили смысл произнесенных слов.
— Выбора не было. Мы теряли тебя.
— Что вы со мной сделали? — медленно выдавил он. — Что вы…
— Успокойся.
Лукас сел, отрываясь от подушек, от неописуемого ужаса кровь покинула голову. Опуская взгляд на нижнюю часть тела, он обнаружил, что тонкие простыни показывали очертания бедра, колена, икры и ступни левой ноги… но у правой он видел только бедро и колено.
С криком он потянулся к части тела, которой полагалось быть там, срывая покрывала, задирая их, словно они каким-то образом умело скрывали то, чего на самом деле там не оказалось.
— Что вы натворили! — Он повернулся к брату, хватая его с рубашку, дергая к себе оставшимися пальцами рук. — Что, черт подери, вы наделали!
— Ты умирал…
— Потому что хотел умереть! Как вы посмели!
Он обрушился на Куина, рука металась безрезультатно, слабый кулак и ладонь неуклюже врезались в тело.
Куин не защищался. Он позволял избиение, какое-никакое… хотя нападением это не назовешь. И Лукас быстро выдохся. Энергия вскоре иссякла, и он откинулся на подушку, тощая грудь вздымалась, кровь пошла вверх по катетеру, зрение закоротило.
А конечность, которой уже не было, продолжала болеть.
— Убирайся, — сказал он онемело. — Я больше не хочу тебя видеть.
Отвернувшись к стене, он услышал тихое перешептывание, а потом дверь открылась и следом закрылась.
— Насколько сильна сейчас боль? — спросила Док Джейн.
— Почему нога болит..? — пробормотал он. — Вы же ее отрезали.
Боже, сейчас он стал еще большим калекой, еще одна часть его прежнего ушла.
— Это называется фантомной болью. Но ощущения весьма реальны.