Неожиданно ночную тьму пронзает яркий росчерк горящей огнем плети. Оборотни, словно набитые сеном чучела, заваливаются набок. Совсем рядом с мертвой вампиршей. Странный мужчина добивает оборотня ударом кинжала в голову. Рок встретился взглядом с горящими в темноте красными глазами. Крик получился слабым и практически безмолвным. Вопреки желанию всадника уехать отсюда как можно скорее, Мрак идет к телу Алиэн. Наклоняет шею и обнюхивает хозяйку.

— Она еще жива, — беловолосый убирает потухшую плеть за пояс и бережно поднимает девушку на руки.

Как они добрались до этого дома, на окраине леса, мальчик уже толком не помнил. Хорошо запомнил только рваную рану у вампирши: края широко разошлись, кровью пропиталась вся куртка и рубашка, а на дне розовела кость. Рана не заживала, и поэтому мужчина стал обрабатывать ее какой-то вонючей гадостью…

А еще… вампир прокусил свое запястье и дал девушке напиться его крови, но об этом вампирше лучше пока не знать.

Я инстинктивно потянулась рукой к виску. Там было все в порядке.

— Откуда ж он такой добродетельный взялся? — задумчиво покусывая губу, еле слышно пробормотала я.

— Есть хочется, — как бы, между прочим, заметил мальчишка. — Штэйн сказал, что под домом есть погреб с едой. Может, приготовим что-нибудь?

В погребе обнаружился мешок картошки, моркови и свеклы, а также множество бочек с квашеной капустой, помидорами, огурцами, яблоками и прочей снедью. Что меня с одной стороны порадовало, а с другой озадачило. Что из этого можно приготовить, я представляла весьма вяло. Навыки кулинарии в придорожных трактирах мне не были нужны. В памяти всплыл кулинарный шедевр Таредаса — жареная картошка с печенкой и зеленью. Решив прихвастнуть своим умением и незаменимостью на кухне, я попыталась приготовить тоже самое. Правда, без печенки.

Рок недоуменно смотрел на сей шедевр: кажется, я переборщила с зеленью и вместо аккуратно рассыпанной петрушки и укропа, на картошке величественной шапкой красовалось полведра зелени. Я хотела, было, выловить часть ее, чтобы придать блюду более аппетитный вид, но едва протянула руку, как появился Штэйн. Смутившись, я убрала руки от блюда и молча проследила за тем, как вампир подошел к столу.

Подтянув петрушку за хвостик, он саркастически поинтересовался:

— Алиэн, ты напихала столько зелени, чтобы не пугать потенциальных дегустаторов одним только видом своего блюда?

— Ешь что дают! — раздосадовано рявкнула я

— Что я, баран, траву жевать? — обиженно протянул он, аккуратно положив петрушку на место. — К тому же, я не голоден… до такой степени, чтобы питаться человеческой едой.

Рок согласно отложил ложку в сторону, но, поймав мой разгневанный взгляд, тут же подхватил ее обратно в руки.

— Ты же знаешь, что питаясь человеческой пищей, вампиры гораздо быстрее стареют? — вкрадчиво поинтересовался Штэйн.

— Знаю, — вполголоса проворчала я.

— Сколько мне лет, как считаешь? — мужчина пристально посмотрел на меня.

— Тридцать… наверно.

— Алиэн, мне сто двадцать четыре года! — усмехнулся вампир. — А я выгляжу почти твоим ровесником.

Я отвернулась и, взяв деревянную ложку со стола, раскидала в сторону зелень, докопавшись до основного блюда. Демонстративно зачерпнула картошки и съела. Рок передернул плечами, но тоже приступил к завтраку.

И ничего, что картошка получилась недосоленная. Соль вредна для здоровья!..

Штэйн сел напротив меня, рядом с мальчиком и откинувшись на спинку стула, поинтересовался:

— Я слышал, вы в Рагнейд дальше собираетесь? Зачем?

Я бросила недовольный взгляд на скуксившегося вампирчика и нехотя кивнула.

— Это наше дело. Вернее, мое.

— Меня прямо переполняет любопытство — что одинокой девушке с мальчиком нужно в таком ужасно-опасном городе, как Рагнейд? Арриэт не любят, когда в их город являются посторонние вампиры.

— Любопытство может и сгубить, — многозначительно произнесла я, поднося ложку ко рту и пристально смотря прямо в красные глаза.

— Любопытство не порок, а способ расстаться с жизнью.

Я захихикала.

— Что? — удивился вампир.

— Это была моя поговорка.

— Да ну?

Я кивнула и отвела глаза, ложкой ковыряясь в картошке.

— Так все же?

— Вам не кажется, уважаемый Штэйнер, что это "слегка" не ваше дело?

— О, ну что вы! Все, что мне интересно является "моим делом". К тому же, я не отпущу вас теперь одних.

— Это почему же? — напряглась я, и мы переглянулись с Роком.