Сняла корзинку, вытащила рысенка, да на траву поставила. Посмотрим, как вести себя будет.

Принюхался, поскреб лапой разбрасывая вокруг землю вперемешку с мелкими камешками, покрутился, лег, а потом как подскочит, да в ближайшие кусты прыгнет. Бросилась за ним. Вдруг убежит?

— Вот ты где! — сказала, раздвигая колючие плети ежевики, в самой середине зарослей рысенок, урча, как самая обычная кошка трепал остатки гадюки. — Буду тебя звать Агрик. Был такой в древности богатырь-змееборец. Жаль волшебного меча у тебя нет, но может и когти на что-нибудь сгодятся? — улыбнулась, подхватила своего питомца и к остальным заспешила. Здесь-то уже делать нечего.

— Ну что? — спросил князь с тревогой заглядывая в мое лицо.

— Ничего, — пожала плечами и пошла к дороге, на которой ждали остальные спутники.

— Как?

— Вот так. Совершенно обычный лес.

— А то, что цвета странные, так то тоже обычно? — услышал мой ответ Велимир, да решил съязвить.

Смерила воеводу взглядом с головы до пят. Тоже мне умник нашелся. Внутри шевельнулось странное чувство, но отвлекла княгиня.

— Ты, Веля, не язви, ведьмы не так, как остальные, мир ощущают. Если Глаша сказала обыкновенный, значит, неспроста.

Промолчал воевода, только недовольно ухмыльнулся, да коня вперед направил.

— Разведаю пока дорогу.

— Глаш, а правда там странные споры от растений поднимаются?

— Не знаю, не заметила.

— Глаш, а правда… — но очередной вопрос потонул в громком крике, что дальше по дороге раздался.

— Забава с Еремеем ждите здесь, — коротко попросила и лошадку свою в галоп пустила, а потом вспомнив, прокричала. — За сестрицей моей присмотрите, а то влезет еще куда!

Друзья у меня надежные, что велено сделают, можно быть спокойной, лишь бы Лизавета опять чего не учудила.

Отстала я, лошадиных шагов на двадцать, потому последней из леса вынырнула, да и остолбенела.

Впереди сколько хватало глаз выжженная будто от пожарища земля. Только ни запаха, ни пепла, ни обгоревших остовов деревьев видно не было. Черные камни, непривычно черная земля и ни одного живого листочка на многие версты вперед.

— Что это? — тихо спросил один из дружинников.

В таком месте разговаривать громко не хотелось, будто малейший звук мог навлечь беду.

— Хороший вопрос, — ответил ему князь.

— Кони идти дальше отказываются, — сообщил воевода и для наглядности подвел своего в краю черной земли. Вороной сначала фыркать начал, ушами стричь, потом боком пошел, стараясь увезти непонятливого наездника дальше от странного места, а в конце стал приседать и задними копытами бить.

Княгиня спешилась и положила руку на то место по которому идти конь отказался.

— Ничего не чувствую. Глаш, попробуй ты.

Повторила ее манёвр. Тишина. Похожая на ту, что в роще была, но только неживая.

— Что делать будем? — спросила.

— До разлома далеко? — уточнил Гред у воеводы.

— С версты три примерно, все прямо по дороге.

Посмотрела дальше туда куда белое полотно дороги, словно шрам убегало за ближайший холм.

— Ехать надо дальше. Или идти пешком. На разлом посмотреть нужно.

Сказала, а сама почувствовала, что внутри все назад вернуться просится, убежать вслед за местными жителями, забиться в щель, переждать… если получится.

— Значит пойдем, — ответил мне Гред, да тоже спешился.

— Я одна, — страшно, но у меня есть какая-никакая защита, а остальным туго придется. — Ольха Любимовна, подстрахуете?

Княгиня вздохнула, но возражать не стала.

— Я с тобой.

— Нет.

— Да. Не спорь, — и будто разговаривать нам больше не о чем князь к своим людям повернулся. — Все вопросы пока меня нет, будет матушка решать, если не вернусь… князем станет Владимир, племянник мой.

— Так ему всего пять! — возмутился Велимир, и опять внутри странное предчувствие шевельнулось.

— У него, что отца с матерью или бабушки нету? Неужто пока не подрастет никто из них помочь не сможет?

Заметила, как дружинники головами закивали, соглашаясь со своим князем, только воевода хмуриться начал.

— Все исполним, — за всех ответил Михей.

— Я на тебя надеюсь, — по-доброму улыбнулся брату Гред.

Княгиня, пользуясь моментом, ближе подошла, по руке погладила, привлекая внимание.

— Ты за Ольгреда не волнуйся, бери с собой, чай вместе не пропадете.

Заворчал привлекая к себе внимание рысенок.