– Я все еще хочу побеседовать с Грегори Вудсом.

– Давай для начала разберемся с этим, и сделаем небольшую уборку перед тем, как приведем его сюда. Этот мужчина хнычет, как малолетняя девчонка. Еще увидит кровь на полу - и, вероятно, тоже разревется. Он уже делал вид, что у него сердечный приступ. Это может привести его к настоящему припадку. Ей-богу, он может поверить, что мы здесь кого-то убили.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

Вэнни потягивала апельсиновый сок, который передал ей Джерико. Он не сказал ей ни слова о том, что она хитростью завладела его оружием, и даже его использовала.

Они молча наблюдали, как Смайли и Toррент вытаскивают потерявшего сознание и бездыханного Брюса из комнаты.

В помещение зашли другие Новые Виды, чтобы отчистить с пола всю кровь.

Наконец она набралась смелости, чтобы поговорить с товарищем Смайли:

– Я сожалею. Просто мне не хотелось провести свой медовый месяц, посиживая вместе со Смайли за стойками баров. А еще я решила, что он собирается Брюса убить - и его могут за это арестовать.

– Он был бы оправдан, если бы это сделал. Самец угрожал его паре.

– Ох... Я этого не знала.

– Наши законы сильно отличаются от ваших. В наших всегда имеется смысл.

Она не была уверена, какие ей следует сделать из этого выводы, но он объяснил:

– Мы здесь действительно следим за человеческими новостями. Они удручающие. Мы не верим в убийство - но некоторым просто нельзя позволить жить на земле.
– Он заглянул в свой стакан.
– Этот самец - один из них. Вы сами слышали, что он сказал. Любой мужчина, способный вредить женщине таким образом, заслуживает смерти.

– Тогда почему вы меня не остановили, когда я бросилась туда, если действительно в этом уверены? Вы наверняка могли меня остановить, если бы попытались.

– Я знал, что, как только вы туда войдете, Смайли остановится. Я не хотел, чтобы он пострадал за свои действия, несмотря на то, что самец этого заслужил.

– Он и раньше говорил, что его убьет.

– Так и есть. Многие из нас были в Meрсил, и будьте уверены - мы будем друг друга защищать, если нас снова атакуют. Однако на этот раз ситуация могла заставить его бояться вас потерять, и от этого чувствовать себя неуверенно. Джерико прислонился к стене:

– Это настоящий, реальный страх, когда спариваешься с людьми, и боишься, что они увидят в ваших действиях насилие и решат, что мы представляем для них опасность. Смайли уже беспокоится, что вы передумаете и уедете отсюда. Вы стали огромной его частью.

– Я люблю Смайли.

Черты его лица смягчилось:

– Хорошо. Продолжайте говорить ему это как можно чаще. Ему это необходимо для уверенности в себе.

– В самом деле?

– Да.
– Джерико взглянул на стеклянную стену, а затем опять на нее.
– Мы чувствуем слишком глубоко, просто пытаемся это скрывать. Это наш недостаток.

– Почему?

Он сердито на нее посмотрел:

– Назовите это инстинктами, или генетикой, но мы более эмоционально уязвимы по сравнению с клыкастыми или кошачьими. Никогда об этом не забывайте, Вэнни. Вы можете разрушить его изнутри.

– Я бы ни за что такого не сделала.

– Тем лучше. Просто чаще к нему прикасайтесь, и чаще говорите, как много он для вас значит, если вы действительно его любите. Он всегда будет принимать все, что вы говорите, близко к сердцу. И не забывайте об этом, если вам придется с ним поспорить. Думайте, прежде чем что-то сказать.

Она оценила его совет:

– Спасибо.

Он пожал плечами:

– Я хочу, чтобы вы оба были счастливы. Терпеть не могу видеть Смайли в депрессии. Мне и раньше было непросто смотреть, как стойко он выносит свои невзгоды - и никогда не захочется увидеть этого снова.

– Вы вместе были заперты в клетке, когда вас держали в "Meрсил Индастриз"?

– Я имел в виду - когда вы сбежали от членов целевой группы, назначенных, чтобы привести вас в Медицинский центр, и он боялся, что вы уже мертвы или пострадали во внешнем мире. У меня сердце разрывалось на клочки - видеть его в таком состоянии. Я уж боялся, что он выберется за наши стены и начнет вас искать самостоятельно. Его вполне могли там убить. У нас слишком много врагов. Все, о чем он тогда мог думать - это о вас, и о том, как бы ему убедиться, что у вас все хорошо. Он был связан с вами с самого начала.