Вэнни смахнула слезы со щек:

– Спасибо за то, что все мне рассказали. Я люблю Смайли. Я... гм... я тоже чувствую себя связанной с ним с самого начала. Он для меня - все.

– Хорошо. Продолжайте ему об этом говорить. Я не шучу. Он еще очень долго собирается беспокоиться, что может ненароком сделать или сказать что-то такое, что заставит вас передумать, и отказаться стать его парой.

– Ему никуда от меня не деться.
– Она улыбнулась сквозь слезы, чтобы его ободрить.
– Я его уже никогда не оставлю.

Джерико весь подобрался, его взгляд сосредоточился на стеклянной стене:

– А вот и он... Обратите внимание - я понятия не имею, как Смайли будет действовать с этим.

Вэнни повернулась в своем кресле, и увидела, что Торрент заводит в комнату Грегори Вудса. Выглядел тот неряшливо, и разительно отличался от своего телевизионного двойника. Его одежда сильно помялась, он уже давно нуждался в бритве - и глаза у него были красными.

– Неужели он плачет?

Джерико фыркнул:

– Вы же слышали Toррента. Похоже, что да.

Грегори свалился на стул, и схватился за грудь:

– Мне действительно нужен врач. У меня есть специалист, который за мной наблюдает. Вы же не хотите, чтобы я умер? Вы вообще знаете, кто я? Вам это с рук не сойдет! Я знаменитость, и очень богат. Я...

– Стоп, - потребовал Торрент.
– Вас все равно не передадут в человеческую больницу, к тому же никто и не знает, что вы здесь.

Дверь снова открылась, и вошел Смайли. Он уже переоделся в один из мундиров ОНВ, и руки у него были перевязаны. Он прикрыл дверь и остановился рядом.

Грегори заскулил, глядя на него с откровенным ужасом.

– Что-то пошло не так, человек? Никогда не думал, что тебе придется столкнуться с мужчиной, которого вы отравили наркотиком и пытались упрятать за решетку?

– Это была не моя идея. Это все Брюс. Я его просто боялся. Вы же его видели... У него есть судимости. Я ни в чем невиновен.

– Заткнись.
– Торрент прислонился спиной к стене.
– Мы же не идиоты. Существовало всего двадцать недостающих доз "препарата размножения," когда вас обоих взяли под стражу. Дин уже признался, что продал вам двести доз.
– Он зарычал и выстрелил в Смайли полным отвращения взглядом, прежде чем продолжить:

– Этот господин поклялся, что использовал их на проституток, которым он платил, чтобы занимались с ним сексом. Тебе известно из первых рук, что сделал этот препарат с твоей самкой. Он не испытывал к этим женщинам, которых сам травил наркотиком, ни капли сочувствия, и продолжал это делать снова и снова. Он самый жестокий сукин сын.
– Торрент сверкнул клыками.
– Вы пытаетесь заодно обвинить и кого-то другого? Тогда поостерегитесь его, болван.

Смайли издал резкий, грохочущий шум:

– Нам бы следовало дозировать вас, и бросить страдать одного. Вы этого заслужили. Этот Брюс работает на вас - и, кстати, Дин Пoлaнтис был весьма информативен, когда мы с ним о вас говорили.

Смайли присел, прислонясь спиной к двери:

– Он признался, каким образом вы с ним связались, угрожая раскрыть связь между "Дрэквуд" и "Meрсил," которую обнаружили ваши следователи. Он назвал это шантажом и признал, что за молчание вы просили его продать нечто такое, что в дальнейшем вы собирались использовать против ОНВ. Вы купили у него препарат, и заплатили бармену, чтобы добавил его в наши с Вэнни напитки в том самом отеле.

– Это ложь!
– Грегори схватился за грудь.
– Все было задумано Брюсом.

– Он просто использовал деньги, которые вы дали ему на заключение сделки. Вас на этом поймали, и теперь вы платите за свои преступления, пастор Вудс.

– Кажется, у меня сердечный приступ...

– Хорошо.
– Смайли не шелохнулся.
– Один вы можете себе позволить. Я бы не прочь посмотреть, как вы делаете свой последний вздох.

– Вы не можете так просто дать мне умереть... У меня есть последователи, черт побери! Они будут штурмовать ваши ворота, и всех вас перебьют.

– Они уверены, что вы уже покинули страну и от них отказались. Никто даже не узнает, если вы умрете. Мы просто похороним вас на том самом кладбище, о котором вы говорите, что оно давно у нас имеется.

Кажется, Торрента это позабавило:

– Он мог бы стать первым телом, которое мы в нем захороним.

Смайли усмехнулся:

– Звучит как план.

По щекам Грегори уже катились крупные слезы: