– Вы можете забрать свои депозиты, они оставлены на стойке регистрации. Мне сказали, что уведомление за четыре недели было оформлено вовремя. Я обратила на это внимание. Пришлите мне счет, если они все вам не вернут. Остаток я положу на свою кредитную карту.

– Я уж не говорю о свадьбе!
– Грегори возвысил голос, выражая свой гнев.
– Опусти свою задницу в это кресло.

Она отказалась:

– Я знаю, что все расстроены тем, что случилось - но думаю, мы должны потерпеть еще несколько дней, чтобы успокоиться. Вы особенно. Не знаю, почему вы так расстроены. Вы всегда меня ненавидели. Вам бы стоило закатить вечеринку, чтобы отпраздновать разрыв помолвки.

– Брюс.
– Грегори мотнул головой в ее сторону.

Большой человек приблизился. Вэнни попыталась уклониться, но обнаружила, что заперта, как в ловушке, в углу. Она вся напряглась, когда мускулистые руки схватили ее за плечи и рванули так сильно, что чуть не поставили ее на колени. Он подтащил ее к креслу и уронил в него.

– Там и оставайтесь.
– Он отступил на несколько шагов назад и расстегнул свой пиджак, убедившись, что ей хорошо видны наплечная кобура и пистолет.

Она онемела от ужаса. Неужели они собираются ее убить? Пристрелить ее? Все это не имело смысла. Она забилась в кресло, слишком напуганная, чтобы предпринимать что-то еще.

Грегори с напыщенным видом прошествовал к креслу рядом с ней, и сел, самодовольно окинув ее взглядом. Он скрестил ноги - и его лицо приняло непроницаемое выражение, лишенное всяких эмоций:

– Вот что теперь произойдет. Завтра мы проведем пресс-конференцию. Вы прочтете заявление, которое мы уже написали, и расскажете миру, что вы получили наркотическое отравление, и были изнасилованы тем существом с вашего видео.

Она уже открыла рот, чтобы все отрицать, но ей не дали возможности высказаться.

– Сегодня вы останетесь здесь, в качестве нашей гостьи. Мэйбл ушла за покупками, и уже подыскивает вам подходящее снаряжение, которое сделает ваш выход особенно трагичным - так что над вами, как я ожидаю, будет пролито немало слез. Скажите ей, Брюс.

Бандит откашлялся:

– Рыдания произведут еще больший эффект. Пусть Mэйбл сделает ей особый макияж, чтобы выглядела совсем бледной, и слегка добавит темных теней под глазами, чтобы создать впечатление, что девчонка не спит ночами.

Грегори улыбнулся. Улыбка была ледяной.

– Прелестно. Мне нравится эта идея. Разумеется, Карл будет стоять с вами рядом, Tраванни. Также на вас будет надето кольцо моей матери, как будто помолвка продолжается. Мы не хотим, чтобы кто-то считал, что мы способны от вас отказаться после такого гнусного преступления, совершенного в отношении вас. Вся моя паства и прихожане отнесутся к вам очень благосклонно. Мы собираемся принять вас в лоно Церкви, и поможем вам излечиться.

– Меня не насиловали.

"Они попросту потеряли рассудок. Возможно, это было их способом преодоления стрессов." Она попыталась осторожно выбраться из кресла:

– А теперь я ухожу.

Брюс положил руку на рукоять пистолета:

– Самоубийство тоже будет иметь успех. Женщина не смогла выдержать травмы так широко разрекламированного сексуального насилия. Я легко могу это разыграть, и пресса все съест как миленькая.

Она обмякла на своем сидении. Он угрожал ей убийством. Вэнни дурочкой совсем не была.

"Они же тут все отморозки!”

Она повернула голову и посмотрела на Карла, надеясь, что он-то, по крайней мере, оставался в здравом уме. Его взгляд остановился на ней:

– Она до сих пор никак не может сложить два и два.
– Он покачал головой:

– Такая миленькая, но такая тупица. Это была одна из ее лучших черт. Правда, теперь я вижу, как это может раздражать, папа. Вам стоило бы привязать ее к колышку.

– Сложить вместе - что?
– Она переводила взгляд между отцом и сыном.

– Папа, вы тут с нею сами разбирайтесь. Мне претит весь этот бардак.
– Карл встал и вышел из комнаты.

Вэнни наблюдала за тем, как он уходит, и сопротивлялась желанию немедленно выскочить из кресла. Брюс еще раз выразительно тронул свой пистолет, когда она решилась взглянуть на него. Она просто не успеет добраться до двери, если он действительно намерен в нее стрелять.