– И Вам, уважаемый Виктор Емельянович, - сказал потихоньку нотариус, прощаясь.
– Надо составить завещание. А то мало ли что. Вам теперь, как богатому человеку, надо составить не только завещание, но и брачный контракт. Поверьте мне, навидался я всякого, как родственники после смерти завещателя становились врагами, рвали деньги и собственность друг у друга. А вот жены - это вообще стервы, не приведи Господь.

– Подумаю.
– Сказал Виктор и засмеялся.

– О, Господи!
– Думал Виктор,- не успел на главного инженера выучиться, новая напасть! Ну, какой из меня олигарх? Эх, Абрам Михайлович! Подкинул ты мне заботушку... Как такими деньжищами распоряжаться... Как людьми руководить? Как строить дома в Подмосковье? Ведь ничего не знаю, не умею... С чиновниками разговоры вести, какой ужаснейший кошмар! Надо, наверное, взятки давать, а как их давать, я лучше в рожу дам, чем взятку. Подсудное это дело. А документы всякие! Опять же, сколько рабочих надо нанять, чтобы дома высоченные строить? Подъемные краны и многое другое... А проектная документация? И враги шефа теперь ко мне перейдут... И кто враг, кто друг, как понять? Охрана мощная нужна, это тебе не стройка одного среднего завода, не пара парней, а, наверное, целый полк нужен. И детей с женой охранять надо и внучонка! Не осрамиться бы, не растратить деньги без толку... Не обманули бы, неопытный я в таких делах. Люди нужны честные, знающие. А где их взять? А знающие сразу поймут, что я лопух из лопухов. И уважения не будет ни от кого. О, Господи! И наш городок без присмотра оставить нельзя, а то лихие люди разгуляются, все, что Абрам сотворил, разорвут и похерят.

Такие мысли не оставляли Виктора ни днем, ни ночью.

– Вот, приехали мы с Максимом в Москву... Как будто у Федора дел мало, а я ему, выходит, навязываюсь со своими проблемами.

– О чем ты все время думаешь?
– Спросил Максим, изучая меню.

Они с отцом пришли в ресторан при гостинице пообедать.

– Странные какие-то названия у кушаний. Не поймешь, что заказывать на обед. Может ты, батя, подскажешь, олигарх ты наш?

– Цыц! Ишь волю взял отца обзывать. Какой я тебе олигарх? А вы кто, сыновья мои? Прорабы...
– Издевательским тоном заявил Виктор.- Пойдете учиться, я за вас возьмусь всерьез. Не поздно еще. Одного в Школу Экономики отправлю, другого - на инженера учиться. Инженеров теперь не хватает. Извели их напрочь, мне шеф говорил. Вы подумайте с Сережкой, как я один справлюсь с такой прорвой деньжищ? Кто мне поможет, как не вы, бригадиры е.... е?

– Батя, ты что с ума сошел так орать, да еще с матом?
– Испугался Максим.
– В приличном же месте сидим... Вот, официант к нам уже направляется, а мы ничего не выбрали еще...

– Вот что, любезный, - обратился Виктор к склонившемуся к ним официанту. - Неси нам нормальный обед для русских мужиков.

– Спиртное, какое будете брать? Есть коньяк выдержанный армянский, водочка высококачественная, вина разные..., коктейли...

– Сто грамм водки для молодого. Мне пить нельзя. Ясно?

– Ясно.

– Мне минералки с газом. Далее: щи есть или борщ?

– Есть, как не быть.

– На второе - мясо тушеное в горшочках имеется?

– Конечно.

– Салат из помидоров и огурцов заказываю. Картошечки жареной к мясу. Усек?

– Усек.

– На десерт - мороженое и чай с лимоном мне. Максим, ты кофе будешь?

– Буду. Ну, значит, кофе в большой чашке хорошего качества нерастворимого. Обманешь, чаевых не получишь. Усек?

– Усек.

– Давай быстро, мы есть хотим. Чтобы все было горячее в хорошей посуде красивой, порции крупные. А салфетки где, я спрашиваю? Что это за ресторан без салфеток?

– Простите, не успели положить.

Официант быстро удалился, удивляясь. Он принял эту пару за небогатых клиентов, да, похоже, обознался.

– Ишь, как раскомандовался, как король, ей богу! Видно на командной должности находится. А обед то скромный, обычный какой-то. Ни икры, ни рыбки, водки всего сто грамм...

– Ну, батя, ты даешь?
– Максим похлопал в ладоши. Голос прямо-таки олигархский! Так держать!

Порции им принесли громадные. Насилу обед одолели. Все было вкусно, пахло офигительно. Отобедали. Когда хотели уходить из ресторана, подошел к ним улыбчивый, красивый парень, высокого роста, мускулистый, подстриженный под машинку. Чисто выбрит, в хорошем костюме. В сверкающих вычищенных ботинках. Он представился, сказал, что его зовут Володей и, что Федор Ефимович ждет их в своем офисе. Сели в дорогую машину. Володя сказал, что это "Мерс" последней модели и за сорок минут доехали. Наверху машины сияла синяя мигалка, что то визжало. Ехали на высокой скорости по центру дороги, светофоры сразу зажигались зеленым цветом.

– Вот, это да!
– Восторгался Максим.- А мы с тобой, батя, два часа в пробке стояли! Эх, наверное, москвичи злятся на нас. Стоят, бедные, а мы едем с ветерком... Несправедливо как-то. Был бы я президентом, указ бы издал - для всех дорога одна и правила одни. Постояли бы министры и олигархи в пробках, быстро бы новые дороги построили. Так, батя?

– Так-то, она так... Но такого указа не жди.

Володя молчал, улыбался, вел машину виртуозно. Доставил их в приемную. Секретарша, пожилая строго одетая дама, сказала, что их ждут и провела в кабинет Федора Ефимовича. Кабинет поразил Виктора размерами и обстановкой.

– Абрам Михайлович поскромнее был... Выходит, Фёдор - олигарх, да еще покруче будет... А со мной таким скромным был...
– думал Виктор.

В глазах у него рябило, в глотке пересохло. А бывший зам встретил его приветливо, руку пожал и минералку подал. Пригласил садиться.

– Кофе, чай?

– Мы только отобедали, - хрипло сказал Виктор и посмотрел на сына. Тот неловко сидел на краешке кресла, вид имел несколько обалденный, но старался не показывать изумления и испуга.

– Привет, Фёдор Ефимович...

– Привет, дорогой. А ты, Максим, посиди пока в приемной. Если хочешь кофейку, попроси секретаршу, она тебе его подаст вместе с пирожными, которые ты любишь. Не стесняйся, не обижайся, у нас с твоим батей сложный разговор предстоит, тет-а-тет. Он тебе потом, все, что захочет, расскажет.

Максим вышел.

– Неплохо выглядишь, Витька Перчик. А мне Абраша тоже завещание оставил. Из одной строчки: " Помогай Виктору, очень тебя прошу". А ты знаешь, просьба Абраши для меня - закон. Когда-нибудь расскажу, чем я ему обязан. А пока скажу - жизнью обязан, себе и семье. И не паникуй, Виктор. Все олигархи из низов вышли, почти все, поправился он.