– Вы чудовище!
– выпалила девушка и зарыдала.

– Ещё нет. И именно поэтому я вас просто отпускаю.

– Хорошо устроился!
– с ненавистью процедил молодой человек.
– Только о своей поганой шкуре и печёшься. Ничтожество ты, полное.

– Побереги нервы, юноша, - равнодушно отнёсшись к его словам, сказал Проценко.
– Ты и твоя девица своим поведением лишь доказываете, что я прав. Я всего-навсего хочу спасти тебя и...
– он скользнул взглядом по ладной, несмотря на выпуклый живот, фигурке девушки, - ...твоего ребёнка.

Более не собираясь продолжать этот диалог, мужчина покинул крышу. Кажется, молодые люди что-то кричали ему вслед - пусть, это их проблемы. Он постоял у зашторенного окна, прислушиваясь, и с облегчением выдохнул, когда двигатель микроавтобуса снова заработал. Что ж, по крайней мере, они не совсем тупые и не попробовали взять нужное им силой.

Когда звук мотора затих вдали, Проценко опустился на диван рядом с котом. Желание совершить очередную вылазку в город у него полностью пропало.

24 августа, среда

Знал ли Анатолий, прогоняя молодую пару, что это будут последние люди на его пути?

Весна сменилась летом, уже скоро должна была вступить в свои законные права осень, а больше ни одного живого человеческого существа Проценко не встретил.

За минувшие с конца апреля месяцы в окружающем мире практически ничего не изменилось. Приход лета ознаменовался лишь повышением температуры и увеличением светового дня. Было очень непривычно и тяжко в июле видеть только голую землю и высохшие деревья. Мрачный пейзаж усугублял и без того скверное настроение Анатолия.

Мужчина пересмотрел своё отношение ко многому, что раньше считал безоговорочно истинным. И самоизоляция более не воспринималась им, как спасение. Настолько, что он однажды решился и отправился в тот самый банк, где укрывались выжившие. Он был готов просить прощения, поделиться своими припасами, даже согласился бы принять наказание за своё прошлое поведение (например, выполнять грязную работу). Что угодно - лишь бы рядом были другие люди. Общение с котом, поначалу ставшее отдушиной, больше совершенно не спасало.

Когда Проценко приехал в банк, там никого не оказалось. Ворота были распахнуты, двери не заперты, внутри полный беспорядок. К этому времени тела на улицах разложились настолько, что зловоние практически сошло на нет, поэтому жуткий коктейль из запахов в здании ошарашил мужчину. Зажав нос, он ходил из помещения в помещение. Трудно было сказать точно, когда люди покинули это место, но вряд ли давно. По крайней мере, "зомби" до них здесь так и не добрались и, вполне возможно, многие, если не все, ещё оставались живы.

Только их уже не было в городе.

До этого момента Анатолия немного успокаивало знание о том, что в Зареченске, помимо него, есть другие люди. Пускай недружелюбно настроенные - главное, что есть. Теперь же, оставшись в полнейшем одиночестве, мужчина отчётливо почувствовал даже не приближение, а приход безумия. Надежда найти других выживших ещё теплилась, да только совершенно не грела.

Он заставил себя вылить все алкогольные напитки в унитаз, боясь того, что может сотворить в пьяном угаре. Это наверняка спасло его от суицида, но не от остальных проявлений дикого сочетания отчаяния и неограниченной свободы ВО ВСЁМ.

Периодические массовые казни "зомби" не увлекали; вдобавок, после первого неудачного опыта с потерей внедорожника Проценко действовал тоньше. Обычно он выбирал надёжное укрытие, имеющее безопасный отход и обязательно расположенное неподалёку от места кормёжки существ, и оттуда отстреливал всех "зомби", появляющихся в поле зрения. Иногда на это уходили часы. О трате патронов Анатолий не задумывался - наоборот, хотел избавиться от явных излишков, чтобы остался только необходимый минимум.

И это был далеко не самый экзотический способ времяпрепровождения. Порой мужчина устраивал пожары в уцелевших в первые дни катастрофы домах. Просто так, чтобы происходило хоть что-то в этом застывшем мире. Или разбивал подручными средствами автомобили, выбирая самые дорогие и роскошные. А то и вовсе бродил по городу совершенно голый. И не только бродил. Хуже того, Анатолий, увы, не смог бы ответить отрицательно на вопрос, задумывался ли он о вступлении в половую связь с женщиной-"зомби". До воплощения этих мыслей в жизнь он так и не дозрел (или вернее будет сказать "догнил"?), однако сам факт их присутствия в голове пугал его самого.

После такого мысли о самоубийстве казались чем-то обыденным, почти естественным. Останавливало мужчину лишь желание узнать, что же будет дальше. Или сколько он протянет. Вопрос не праздный - его состояние продолжало ухудшаться, от бывшего крепкого здоровяка остались одни воспоминания. Нынче по уровню физической силы он ненамного превосходил подростка. К тому же постоянные проблемы с пищеварением, выпадающие волосы, головные боли...

И всё-таки в начале августа Проценко убедился, что не зря продолжает влачить существование.