Вадим целовал ее глаза, губы, волосы, ласкал подрагивавшие под его ладонями острые лопатки и чувствовал, как его захлестывает волна всепоглощающей нежности, счастья, благодарности, исходившая от этой хрупкой девочки, которую он всего два месяца назад еще не знал, и которая немыслимым, невероятным образом оказалась с ним в одном времени, на одной планете, и поступила в правильный техникум, и на практику попала именно в их, а не в любую другую из двенадцати партий треста, в его, Вадима, отряд.

Он не обратил внимания на насмешливое "бип-бип" проехавшей мимо водовозки, когда Карина подняла на него сияющие, мокрые от слез, глаза:

– Я сегодня с тобой останусь, да Вадим? Можно? Дежурить.

– Завтра, Каринка. Завтра, воробышек ты мой, - он поймал на ветру ее волосы и зарылся в них носом, - сегодня Лешкина очередь.

Волосы у нее пахли полынью.

– Значит, завтра. А почему "воробышек"? Меня только мама так называла, когда я еще совсем маленькая была...

Каринка чуть отодвинулась. Сумасшедшая догадка смешала вдруг в сознании пространство и время, реальное и совершенно невозможное, потом внезапно все встало на свои места, и когда Вадим вновь увидел ее глаза, то уже знал, что она сейчас скажет:

– Вадим... Ты меня узнал, да?

28