– Нет! – Паника усиливалась в геометрической прогрессии. – Постой! Я могу пригодиться тебе!

– Сомневаюсь. – Я совершил финальное нажатие. – Приятного полёта.

Это были последние слова, которые услышала девица перед тем, как «Агрессор» катапультировал её прямиком в атмосферу Z-8. Мы поднялись достаточно высоко, так что путешествие к поверхности обещало стать для Лиды долгим и увлекательным. У самого же пульс подскочил, а ладони вспотели. Не каждый день приходится вышвыривать пленных пассажиров за борт с помощью катапульты. Пусть даже врагов.

Пожалуй, стоит выпить ещё одну чашку чёрного кофе с сахаром. Или чего покрепче.

Орбитальный пропускной контроль я прошёл без труда – сканер не засёк на борту заключённого, а значит, я мог спокойно покинуть планету-тюрьму. На каждом заключённом выбивали подкожную идентификационную татуировку, невидимую невооружённым глазом. Определить её мог лишь высокотехнологичный сканер, доступный охранным системам на орбите. Он же и впускал суда в атмосферу из космоса. Вы могли обмануть нерадивый охранников на Z-8, но не эти машины.

Едва я вышел в вакуумное пространство, искин «Агрессора» сообщил о входящем видеосообщении с Прайма. Я сразу понял, что это Козински и не ошибся. Он сидел в офисе Банка, из-за тонированных окон невозможно было определить времени суток.

– Майло, если ты ещё жив, то спешу сообщить тебе тяжёлую новость – наш запасной штаб на Крокосе рассекретили. – Дядя Боб покачал головой и закрыл ладонями лицо, будто сам узнал эту новость только что. – Кажется, всё сложнее, чем я предполагал, и нам противостоит сила, с которой прежде мы не сталкивались. Это не «Долгий рассвет» и не Шэн Чанг, хотя они продолжают осложнять нам жизнь. Большего сказать не могу. Тебе немедленно следует изменить курс и вернуться на Прайм. – Он выставил руки вперёд, будто предупреждая моё возмущение. – Знаю, я лично предупреждал тебя, чтобы ты ни при каких обстоятельствах не отступал от первоначального плана, но… Вынужден признать, такого поворота никто не прогнозировал. Мы прокололись. Мне больно осознавать, что я отправил тебя в пасть забвения, но я хотел лишь сохранить тебе жизнь. – Очередной тяжёлый вздох. – В Даст-Сити сейчас небезопасно, но мы успешно держим оборону. А на Крокосе тебя ждёт засада. – Дядя Боб помолчал секунд пять. – Это всё. Решай сам.

Я откинулся на спинку кресла первого пилота и сцепил кисти на затылке. По иронии, сообщение пришло в тот момент, когда мне следовало задать курс «Агрессору» на ближайшие два месяца. Планета-тюрьма находилась примерно посередине между Праймом и Крокосом. Полететь и в процессе решить, куда именно причаливать я не мог. Мне следовало выбрать одно из двух противоположных направлений.

Пока звездолёт двигался на минимальной инерционной скорости в сторону Крокоса, я принялся ломать голову, какова вероятность, что Козински сказал мне правду? Он сам предупреждал, что из него легко могут сделать марионетку, чтобы отловить всех скрывающихся агентов. С другой стороны, если запасной штаб действительно захвачен, то я добровольно прыгну в капкан с целым ворохом ценных знаний.

В итоге всё сводилось к игре в рулетку с полупустым барабаном. Или полу-заряженным. Я проклинал себя за поспешное решение катапультировать Лиду. Возможно, под угрозой пыток она бы поведала мне о вероятном захвате НЕО-ХРОМом Праймовского филиала или запасного штаба. В её воспоминаниях могли содержаться нужные сведения, но их отлов займёт непозволительное количество месяцев, а то и лет. Зато она с уверенностью говорила, что Козински уже мёртв, а если нет, то скоро будет. Блефовала или проговорилась? Пятьдесят на пятьдесят, как и в случае с проклятым сообщением.

Впрочем, оставался радикальный вариант: использовать «запаску» и реанимировать личность Лиды на короткое время. Но в эту секунду мне в голову пришла другая мысль-лазейка. Просочилась, как песок.

– Скорпион, – подал я голосовую команду искину «Агрессора», – собери данные о ближайших портах, из которых курсируют суда на Криопсис.

Поиск занял у компьютера считанные секунды. Список высветился на главном экране. Почти все суда отправлялись с Прайма или с Крокоса и перевозили, по большей части, сырьё для «Магеллана». У корпорации имелись резиденции на некоторых планетах, и поставками занимались исключительно свои фирмы. Что несколько осложняло выполнение плана, но не переводило его в ранг невозможных.

Я решил не выбирать из двух мешков, в каждом из которых мог оказаться зубастый и прожорливый кот. Даже если Козински – а вернее тот, кто им управлял – солгал, и штаб на Крокосе безопасен, то мне бы пришлось на неопределённое время стать подпольщиком, боящимся высунуть нос наружу. Такая перспектива меня не прельщала.

После откровений Лиды стало ещё очевиднее – недостающие пазлы находятся на далёкой планете пустынь. В Э-Системе я собрал немало уникальных сведений, став носителем обрывков, принадлежащих разрозненным группам, фракциям и корпорациям. За аналогичные прегрешения и игру в многоликого божка на Генри Шлуппа охотился весь НЕО-ХРОМ. Похоже, я обрёк себя на похожую участь. Но обратного пути не существовало. А если и существовало, то на Криопсисе. Неспроста ведь ходили слухи, что там изучают артефакты, воздействующие на пространство-время. После циферблатов я готов был поверить и в такое.

Осталось подумать, как договориться с «Магелланом». С этими парнями мне ещё не приходилось иметь дел, и я всегда надеялся, что не придётся.

Времена меняются.

Горизонт 5. Призрак Пустынь

Глава 20

Боль. Последнее, что он ощутил и первое, что вспомнил – это торчащая из горла шпилька. Придя в себя, он тут же схватился за горло и тяжело задышал. Где он? И главное – кто он?